– А я ведь могу вас взять под стражу прямо сейчас, – он добавил металла в голос.
– Можете, – совершенно не впечатлившись, снова согласился я. – И даже можете потом вывести в чистое поле и расстрелять около стенки. Но вас много, а я один. И полчаса мне все-таки надо, иначе арестовывать некого будет. Если не верите, можете проследовать со мной и проконтролировать наличие моего присутствия.
– Как это нас много? – он даже немного отступил.
– Не беспокойтесь, вы на почетном втором месте. Все, я пошел. Если не умру, то через полчаса я буду проходить здесь обратно. А если не приду, значит, несите цветы на могилу.
Оставив следователя обдумывать мое поведение, я практически вприпрыжку помчался в столовую. Уровень моего голода уже перевалил планку «очень хочется есть» и плавно приближался к отметке «давай жрать».
– Вячеслав, мы вас все вместе слушали сегодня! – Стоило мне только зайти в дверь, как радостно улыбающаяся толстушка в белом халате сообщила мне об этом факте.
– Так это же замечательно! – я натянул на лицо обаятельную улыбку. – Но прежде мне очень-очень хочется снова отведать ваших замечательных блюд.
В доказательство своего неуемного желания я демонстративно оглядел витрину и, схватив кусок хлеба с раздачи, залихватски откусил половину.
– Сегодня особенно удались котлеты по-киевски, – мне был продемонстрирован лоток с парой рядков таких восхитительно выглядевших оранжево-коричневых пирожков.
– Ну… давайте попробую, – согласился я, пытаясь незаметно сглотнуть слюну.
Тут же мне в руки дали тарелку с желаемым. Немного поборовшись сам с собой, я дотянулся до столовых приборов и, отрезав кусочек, тут же закинул его в рот.
– М-м-м, – покачал я головой, пережевывая, – и ф фамом деле фосхитително!
Тут организм, почуяв, что ему начала поступать еда, резко снизил свои претензии, и я наконец-то получил возможность нормально общаться.
– Борщ или солянка? – тетка на раздаче продолжала терзать меня.
– Будьте добры, солянку, пожалуйста, – я снял с полочки два салата. Витаминный и оливье, а то впереди еще фиг знает сколько следователей будет.
– Вячеслав, если вы не против, то у меня есть вопрос, – из неприметной двери выплыла здоровенная тетка.
– Очень даже не против, – я поднял поднос, – но остынет же.
– Хорошо, тогда чуть позже, – величественно кивнув головой, согласилась этот крейсер в белом и, повернувшись, удалилась.
«Жисть хороша», – подумал я, аккуратно допивая второй стакан чая с сахаром. Все-таки как мало иногда нам надо, чтобы почувствовать себя на седьмом небе… О, а вот и нетерпеливые фанатки. Давешняя тетка с вопросом выруливала из глубин столовой во главе толпы сотрудниц. Подглядывала или сообщили? Хотя какая разница, все равно результат один.
– Что такое производственная гимнастика? – бахнули мне в лоб прямым калибром. – Пелагея Серафимовна сказала, что у нее спина после этого болеть перестала.
Надо же, слава достала, откуда не ждал. Хотя наверняка у столовских работниц тоже есть свои семинары, встречи по обмену опытом, и все друг дружку знают как минимум на начальственном уровне.
– Все очень просто, – скинув ботинки, я встал на стул, чтобы меня все видели.
– Когда вы целый день готовите столь прекрасные блюда, то вы волей-неволей выполняете множество одинаковых движений, – я схематично показал, как мешают поварешкой в кастрюле.
– При этом напрягаются одни и те же мышцы, оставляя другие в бездействии, – теперь я шинковал что-то в воздухе.
– Значит, что? – я поднял в воздух палец. – Для предупреждения всяких болезней надо дать одним мышцам отдохнуть, а другим немного поработать.
– Как это сделать? Можно сменить род работы, а можно попросту немного отвлечься и размять тело, не отходя от рабочего места. Хотите, прямо сейчас проведу небольшой сеанс?
Конечно, все немедленно согласились с моим предложением. Не все же этим медикам все новинки первыми получать!
– Встаньте посвободнее, вам ничего не должно мешать, – я обвел руками вокруг себя. – И тихонько встаем на носочки…
– Это что тут такое? – раздалось от входа в столовую. Я повернул голову. В дверях стоял тот самый мужик, который ночью спрашивал меня о том, все ли закончилось.
– Производственная гимнастика. Или не мешайте, или присоединяйтесь, только молча, – скомандовал я ему.
Как я говорил раньше, самое главное в нашем деле – не заржать. Вид стайки бегемотиков в белом, старательно двигающих похожими на сосиски руками, редко кого может оставить безучастным. Однако стадия «они для меня» завершилась и теперь «я для них», поэтому я засунул свое мнение глубоко внутрь и отрабатывал хорошее отношение.
– И теперь тянемся, только не сильно, не надо заставлять свой организм… – вернулся я к своим подопечным.
Надо же, мужик не полез в бочку и, пристроившись чуть сбоку, начал повторять вместе со всеми. Поварихи поначалу косились на него, как газели на льва на водопое, но постепенно успокоились.
– …И закончили! Вы молодцы, смогли одолеть все упражнения, – я соскочил со стула и принялся обуваться.
