Я откатился за пенёк, перезаряжая винтовку, и вдруг почувствовал, что земля подо мною дрожит. Нет, это мягко сказано — она вибрирует от, кажется, самого планетарного ядра, словно огромный крот роет путь на поверхность. Вспомнив, что туда же погрузилась Эришкигал, вооружённая лишь собственными когтями, я отложил оружие и выглянул из укрытия. Первые эльфы подобрались к пулемётному гнезду почти на расстояние броска гранаты, когда почва за их спинами вздыбилась, разлетелась фонтаном, и позади одного из них выпрыгнул из котлована мрачный силуэт в чёрной броне и униформе. Реакция и все отточенные навыки не помогли бедолаге, он не успел даже обернуться — длинные кривые кинжалы, заменившие Видящей пальцы, прошли через оба его лёгких и, дёрнувшись вверх, заставили эльфа оторваться от земли. Пока его товарищи приходили в себя (ударная волна от прорыва Эришкигал на поверхность была не слабее, чем взрыв целого минного поля), Видящая порхнула к двум другим и, скинув надетого на когти мертвеца, рубанула их по торсам. В течение следующих десяти-пятнадцати секунд я не видел, куда она движется. Видел лишь, как вслед за ней падают на колени и навзничь враги с распоротыми животами и торчащими наружу рёбрами. Единственный выживший эльф сумел поймать женщину в прицел, лишь когда она пожелала остановиться, но не сумел причинить ей никакого вреда. Пули просто пролетели сквозь тело, ставшее наполовину прозрачным. Даже с большого расстояния я сумел разглядеть через Эришкигал, стоящую ко мне спиной, испуганное лицо эльфа. Ну, тогда оно ещё было лицом. Насладившись страхом врага, Видящая пролетела вперёд, оказавшись «внутри» тела эльфа, и вновь приняла осязаемую форму. Это выглядело, как если бы тот лопнул, перекаченный воздухом. Органы полетели во все стороны, куски синеватой кожи и лоскуты мышц остались висеть на плечах и выступах брони Эришкигал. Повернувшись к нам лицом, она учтиво изобразила книксен и поймала кончиком языка фиолетовую каплю у краешка своего рта.
— Ммм... Сладенькая...
— Похоже, я влюбился... — присвистнул я.
— Кешот, меня с неё стошнит! — Хищник перекинулся через пулемёт и с громким плеском извергнул из себя порошковый суп.
Я лишь хлопнул его по плечу, чтобы подбодрить, Эришкигал с гордым видом прошла мимо, отряхиваясь и вытираясь, а вскоре подковылял и Раш-Фор, взбодрившийся после инъекции холекса.
— Командир, вы выглядите очень усталым. — Левиафану я тоже вколол полный шприц стимулятора, вот только у Левиафана и ранение было посерьёзнее, и кровопотеря побольше, да ещё после этого он кинулся отстреливаться от эльфов, пока Раш-Фор со своей повреждённой ключицей отсиживался за штурмовиком. Единственный, кто тут по-настоящему устал, так это сам Левиафан. — Перекладывали слишком много бумажек в штабе?
— Держи свой чёртов язык за зубами. — Буркнул Раш-Фор. Хоть холекс и притупляет боль, рана всё равно доставляет неприятности, и юмор по достоинству центурион не оценил. — Это Двадцать Пятый назначил тебя ауксилием, а я могу мигом разжаловать обратно, если будешь умничать. Собрать оружие и патроны. Неизвестно, сколько мы тут ещё проторчим...
Подавая пример, он первым потянулся к валяющемуся на земле эльфийскому автомату и схватился за рукоятку, но отдёрнул руку и стал дуть на неё, в перерывах между выдохами ругаясь сквозь зубы.
— Отставить сбор оружия! — рыкнул Раш-Фор нам и жестом остановил, когда мы кинулись ему на помощь. — Ничего со мной страшного, кешот!
— Вы за ствол схватились? — мигом потянувшийся к ножу Хищник опустил руку.
— За ствол ты у землян хвататься будешь, когда к стенке прижмут. Солдат, я понимаю, что вы все любите шутить на тему того, какие же офицеры тупые. Но клянусь семенной железой Урсы, я знаю, как выглядит раскалённый стрельбой ствол, а как — рукоятка.
Решив самостоятельно во всём разобраться, Эришкигал присела на корточки возле брошенного Раш-Фором автомата и провела над последним рукой.
— Я чувствую магию в этом оружии. Возможно, какие-то охранные чары. Чтоб враг не завладел.
— А вы не могли сказать об этом сразу? — буркнул центурион.
— А кто вас просил хвататься? Суёте свои руки, куда не надо. Как дитя малое, именем богов.
— Вы всех называете детьми малыми? Ну, впрочем, неудивительно. Судя по цвету вашей кожи, вы очень стары.
Против меня в поединке Раш-Фор бился на равных. Видящей он никак не смог помешать, едва она захотела ткнуть ему в пах коленом. Собственно, потому и ткнула, что не сумел помешать. А вообще, как бы я ни уважал Раш-Фора, вынужден признать: дразнить зоговца — всё равно что класть нетхи крокодилу в пасть и надеяться, что проклятая рептилия сегодня сыта. Собственно, нетхами Раш-Фор и поплатился, судя по тому, с каким видом он скрючился и стал тереть свою мошонку, а Эришкигал, заставив когти принять прежнюю длину, дёрнула головой в сторону от нас.
— Могли бы и спасибо сказать...
