— И это после всего, что я рассказал вам? После всего, до чего вы додумались?
— Брах, я — офицер!
— И я тоже!
— У тебя не было предков, которые лежат в некрианской земле! Я пойду с вами, а что станет с Некром? Туда придут земляне и восставшие клоны, узнавшие правду от тебя! Нет, не отпущу. Прости, но я делаю это не ради имперского правительства, а ради своей Родины. Я ведь сражаюсь за то, во что верю, помнишь?
— Я тоже, касур.
— Вот и сражайся!
Кулак центуриона сжался и буквально выстрелил в мой торс быстрее, чем я отодвинулся на безопасное расстояние. Мощнейший удар откинул тана на два назад, грубо уложил на лопатки, и я почувствовал, как пластины бронежилета вогнулись что на спине, что на груди.
— Обнаружен небольшой перелом.
— СУЗИ, не сейчас!
Удар пришёлся в область сердец, они потеряли ритм, и снова я выбыл из этого мира, на минуту уж точно. Пока валялся, успел насладиться зрелищем того, как Эра кинулась на Раш-Фора сзади, замахиваясь обеими саблями сразу. Такой удар мог бы развалить его на несколько частей, до самой мошонки, но центурион заметил опасность и обернулся вовремя, приняв вражеские клинки на свой. Если б только знать, что Раш-Фор подслушивал наш разговор, что обгонит и притаится в засаде у дороги... Но мало какой Видящий обладает даром предвидения. Эришкигал могла бы стереть его в порошок с помощью магии, и тут опять вышел прокол: Эра ведь успела нацеловаться и наобниматься со мной только что, и силы её никак не могли восстановиться так быстро. Особенно после контузии. Вот и пришлось довериться холодному оружию — всё остальное было в рюкзаках, а те были на байке, когда тот разнесло гранатой. И хотя даже без магии и даже в своём нынешнем разбитом состоянии Эришкигал фехтует на завидном уровне, с бодрым и сохранившим все силы Раш-Фором ей не сравниться, да и трудно дотянуться коротенькими сабельками до противника, когда тот размахивает полноразмерной легионерской. Центурион и Эра вошли в яростный клинч, металл соприкоснувшихся сабельных кромок заскрипел, но подруга согнулась пополам, едва Раш-Фор дал ей коленом под рёбра. Уже не способная сопротивляться, она позволила схватить себя и оказалась рядом со мной — сильные кибернетические руки центуриона легко кинули её по воздуху через несколько танов пустого пространства.
— Видишь, Брах, любовь не для тебя. Ты расслабился. Даже пистолет потерял. — Не приближаясь, Раш-Фор повертел трофейным «Стигом» возле головы, вынул магазин, разобрал на части и выкинул груду деталей в сторону, а затем повторил всё то же самое со своим пистолетом. Вколов себе в шею шприц холекса из аптечки на пояснице и взяв саблю одной рукой, второй он вынул нож. Сказать, что после стимулятора Раш-Фора перекосило — это ничего не сказать. Нижняя челюсть загуляла так, будто выпала из пазов и держится только на лоскутах плоти, и изо рта, превратившегося в широкий угловатый разлом, раздался громкий скрип зубов и тяжёлое глубокое надрывистое дыхание, переходящее в хрип и хрюканье. Голова резко завалилась набок, точно шейные позвонки сломаны, мелко-мелко затряслась и вдруг откинулась назад, и так из стороны в сторону. Руки тоже заплясали, но оружие держат уверенно. Я и подумать не мог, что от холекса так прёт. Со мной ведь такого не было. И с Левиафаном тоже. Хотя, клоны-то поустойчивее будут ко всякой химической херне. — В учебном поединке я не сумел одолеть тебя. Не хочу, чтобы моя нынешняя победа принадлежала пушкам.
Голос центуриона тоже изменился — стал истеричным и неожиданно для данной обстановки весёлым, словно Раш-Фор с трудом сдерживает смех.
— Двое против одного, значит... — глянул я на Эришкигал, помогая ей подняться и увереннее стискивая кулак на эфесе сабли. — Будет весело...
— Брах, я сейчас не боец.
— Я тоже, но ты можешь попробовать отвлечь его. С двумя клинками это должно быть просто.
— Ага, ещё бы... — с воинственной ухмылкой Эришкигал приставила навершия своих клинков друг к другу, со щелчками провернула, пазы в них совпали, и пара сабель превратилась в небольшой сегенмарх.
Мы двинулись с двух сторон — Эришкигал в лоб, приподняв один из клинков и целясь в грудь центуриона, я же стал обходить полукругом, примериваясь, чтобы обеими руками обрушить тяжёлый клинок на спину противника.
— Касур, прошу в последний раз — не надо! Отпустите нас!
— Брах, хер ли ты с ним разговариваешь! Мочи его!
