Католическим храмам на Руси - быть. Правда, их будет не так много, они будут открыты только в строго определенных местах и, конечно, в них должны будут служить только благонадежные люди. Малейшее подстрекательство, крохотный намек на рознь... ну, вы же помните, как закончил свою жизнь Симеон Полоцкий?
Кардинал помнил. И бросил осторожный взгляд на царевну - не обидится ли? А то по Европе такие слухи о ней ходят после того случая - чуть ли она не кровь несчастного пила, или проклятие насылала... Царевна безмятежно улыбалась.
Неожиданно для кардинала, она оказалась очаровательной собеседницей. В меру ироничной, умной, образованной...
Чудовище?
Если кто-то боится умных женщин - безусловно! Страшные существа! А слух о том, что страной управляет царевна и вовсе к концу визита показался кардиналу нелепым. Как и любой священник, достигший определенных высот, он неплохо разбирался в людях. И мог определить, что главный в этой паре - государь. Царевна же покорно следовала за братом, исполняя его волю.
Безусловно, она могла советовать, подсказывать, но решение оставалось за Алексеем Алексеевичем.
А условие было простым.
Хотите?
Открывайте миссии на Руси.
И мы обещаем, что их не тронут, не будут громить, будут относиться уважительно... пока вы будете обеспечивать то же самое для наших миссий.
Вы хотите проповедовать католичество в Москве? Тогда разрешите и православным появляться в Риме. Ну, не обязательно Рим. Мадрид, Париж, Вена...
Нельзя сказать, что это порадовало кардинала, но определенно, было лучше, чем ничего. Хоть так-то...
***
Когда за визитером закрылась дверь, Алексей и Софья переглянулись.
- Как ты думаешь - согласятся?
- Уверена. Поломаются, но - придут. Они к нам, мы к ним, только вот от нас всяко пользы больше будет. Потому что наши люди будут лечить, учить, помогать...
- а безопасность им гарантирует Святой престол.
- Именно.
- Да и ты...
- перестану выглядеть в глазах католиков чудовищем? Это вряд ли. Но хотя бы убедятся, что я не ведьма.
- Слухи распускать не перестанут?
- Уверена. Но верхушка будет знать 'правду', а больше нам и не нужно. Может, до отъезда, я еще пару раз побеседую с кардиналом - пусть уверится в своих предположениях.
Алексей одарил сестру улыбкой.
- Делай, как знаешь.
Софья кивнула.
В преддверии решительного штурма Швеции, это было... нужно. Настоящая вялотекущая война, наполовину из партизан, наполовину из пограничных стычек, плюс куча мелких пакостей надоела Руси хуже зубной боли. Надо было договариваться с Кристианом - и решительно рвать Швецию на запчасти. Да так, чтобы Карл потом сидел где-нибудь - и чихнуть боялся.
Фиг вам, а не Полтава! Найдет Пушкин про что написать, если родится в этом мире!
Алексею придется уехать, чтобы окончательно додавить Карла, это минимум полгода. Минимум! С ним поедет, кстати, и Иван Морозов. Все это время страной будет править его 'группа поддержки'. Регентом при царевиче будет Ульрика, это естественно. Но реальная власть будет у Софьи, Ромодановского, Аввакума, Ордина-Нащокина, который, хоть и постарел, но ни остроты ума, ни хватки не потерял...
Понравится ли это Папе?
Конечно, нет!
Ему бы понравилось, если бы Русь оказала поддержку Леопольду и пошла гонять турок. Без прибыли и толка для себя.
Нет уж.
От турок они что могли оторвали, на ближайшие лет десять - хватит. Пусть Разин и Мельин поддерживают равновесие в Крыму, чтобы мусульмане там не разгулялись, а Алексею надо разобраться с севером. Присоединить еще земли, сколько удастся, закрепиться на море, и вообще - зачем Карлу флот?
Перебьется без флота!
Кристиан это очень одобрял, Фридрих-Казимир тоже готов был помочь, чем может... втроем они порвут Карла на тряпки.
А вот чтобы в столице было тихо...
Нет, Софья не боялась. Но и рисковать не хотела. Сейчас она выводила из-под удара свою семью.
Она - просто сестра. Нет смысла угрожать ее близким.
- Уля опять беременна.
- Алешка, это же замечательно!
- Вы-то с Ваней не думаете? Еще парочку?
- Троих - мало?
- Нас у матери побольше было.
- И умерла она родами, - помрачнела Софья. - Нет, Алеша. Мне троих хватит. Ребята умные, Аленка за мной тянется - что еще надо?
- Ну... Ваня бы порадовался?
Софья махнула рукой. Рожать ей больше не хотелось. Главное ж не нарожать, главное - воспитать! И почему она в той жизни не понимала этой истины?
***
Какой может быть реакция родителей, потерявших ребенка?
Да разной.
Можно плакать, молиться, пребывать в депрессии и даже биться головой об стену, если последней не жалко - на выбор.
Еще как можно.
Но это когда родители - обычные люди.
А когда они - правители?
Да еще из семьи Зриньи и Текели?
А вот тут - простите. Титул обязывает, и еще как обязывает. Там, где обычный человек может пойти на поводу у своих чувств, правитель обязан держать лицо и просчитывать каждый шаг, потому как малейшая неосторожность дорого обойдется его стране.
Илона это понимала.
