- Располагайтесь.
Ференц не заставил себя упрашивать, уже догадываясь, с кем их свела судьба.
- А на каком языке эта песня?
- На русском. Моем родном.
По уговору ему ответила светловолосая девочка. Ференц пристально вгляделся в знакомое по портрету лицо.
Что тут скажешь?
Художник не преувеличил. Наоборот, он не смог передать обаяния этой юной красавицы. Дерзкой улыбки, упрямства в глазах, характера... когда она чуть подрастет - дворяне с ума сойдут. Ферек знал от матери, как отец гонял самых непонятливых. Кажется, ему предстоит то же самое?
Но печальной эта перспектива мальчишке не казалась. Сейчас, глядя в синие глаза, он понимал, что его невеста очаровательна. И если она еще и умна...
- А о чем она?
Девочка лукаво прищурилась.
- О том, что век воина недолог - и потому славен. Его участь смерть, и ему не стоит обещать вечную любовь юной деве, но он останется в веках. Я могу попробовать перевести, но... на какой язык?
- А вы владеете венгерским?
Сейчас они говорили по-польски, и Ферек отмечал, что у девушки даже акцента нет. Словно это ее родной язык.
- Пока еще плохо, - призналась девушка. - я учила его и продолжаю изучать, но мне сложно...
- Отчего же?
- По-настоящему язык можно выучить, только разговаривая на нем. С теми, для кого он родной. А на Руси таких мало. Вот польский изучить мне было легче...
- Буду рад вам помочь.
- правда? Как хорошо!
Кокетливая улыбка, легкое прикосновение руки...
Владимир, который наблюдал за сестрой, только усмехнулся про себя. Беспощадное очарование, так-то. Но хороша, чертенок? Ежи повезло не меньше. В Юлиане не было такой мягкости, как в Наталье (во многом напускной, уж он-то знал, что сестрица пошла больше не в мягкую мать, а в тетку Софью), зато чувствовалась порода. Тонкая линия носа, высокий лоб, громадные черные глаза, длинная шея... когда она научится пользоваться своими преимуществами - будет не хуже матери. А та по праву считается самой очаровательной женщиной Венгрии.
- Попробуй спеть на польском, Наташа. А я помогу музыкой.
Гитара...
На Русь она попала вместе с Николя Маттейсом, который концертировал, как скрипач, но нашел себя и как преподаватель. Вот театр на Руси особым успехом не пользовался - патриарх был против, а музыка... да что ж в ней плохого?
Красиво, возвышенно...
Николя настолько понравилось на Руси, что он так и остался в Кремле в числе прочего обучая талантливых детей игре на музыкальных инструментах.
Невместно царевичу?
Ха, попробовал бы кто-то это вслух произнести! Как повторяла постоянно тетка Софья - знания неуместными не бывают!
Владимир умел неплохо играть и на скрипке, но гитара нравилась ему куда как больше. И сейчас помогала знакомству. В два голоса были спеты несколько песен, потом завязалась беседа, а когда старший брат потихоньку улизнул из сада, дело, считай, было сделано.
Молодежь разговаривала о всякой ерунде, но можно было уже четко сказать, что они станут... ну, хотя бы друзьями. А это - немало.
***
- Что мы будем делать, сынок?
Гордая королева Гедвига сейчас выглядела... жалко. Руки подрагивали, перебирая пластины веера из слоновой кости, глаза бегали, голос чуть срывался - угроза была более чем серьезной. Датчане и шведы грызлись постоянно, в этом не было ничего удивительного, но если со стороны финнов еще ударит Русь - могут и не выдержать.
Флот сильно потрепан, в казне пусть, войск мало, нет, против двух таких хищников Швеции не устоять.
- Разумеется, мы будем драться, - для Карла этот вопрос и не возникал. Помирать, как овца на бойне, он не собирался. - Я попросил Марию написать сестре, но толку с того...
- Конечно, что может решить мямля Георг? - Гедвига скривила губы. - Кристиан на него и не оглядывается! А Мария... хорошо хоть сына родила.
Это верно, маленький Карл Двенадцатый сейчас попискивал в колыбели, даже не догадываясь о войнах и бедах, которые может ему оставить в наследство отец.
- вот именно, что мямля, - Карл хищно усмехнулся. - Георг сам по себе ни на что не способен, даром, что королевской крови. Кристиан - волк, а этот - овца!
- Нам это может помочь?
- Может, мама. Если ты справишься здесь.
Гедцига вскинула голову.
- Не путай меня со своей супругой, сынок! Что я должна буду делать?
- До русских я не доберусь, но отколоть от них данов - могу. Как ты думаешь, что сделает Кристиан, узнав, что мои войска высадились в Копенгагене?
- А мы... сможем?
- У нас нет выбора. Это единственный шанс. Если даны отойдут, русских мы выбьем.
- А сил хватит?
- Не знаю. Но Георг - это не Кристиан. Он может дрогнуть, растеряться - это наше единственное спасение.
- Нас никто не поддержит?
- Некому. Эти мерзавцы идеально рассчитали время. Франция и Англия сцепились так, что пух и перья во все стороны. Людовик разве что на словах поддержит, да потом втрое запросит. Австрия воюет с турками, остальные в драку с Русью попросту не полезут. Незачем.
- а если поляки поддержат Русь?
