- что ты, братик. Этот господин из тех, кого не стоит приглашать в свой дом. А вот в чужом он может оказаться весьма и весьма полезен.
- Соня, - Алексей посмотрел на хитро улыбающуюся сестру и покачал головой. - Считай, что я заинтригован, что мне интересно, что у тебя открытый лист на все действия. Но объясни, наконец, что это за тип!
Софья прошлась по комнате. Подумала пару минут, формулируя свою речь наиболее корректным образом. Все-таки мир еще не дорос до такого способа отъема денег у населения.
Или...?
В реальной истории Джон Лоу провернул свой финт ушами лет на десять позже, чем здесь. Но там ему никто не помогал, а здесь его может поддержать она, ну и помочь снять сливочки. Так что...
Она отлично помнила, как еще там, в девяностые годы двадцатого века, муж рассказывал ей о финансовых пирамидах. Смеялся над 'МММ'ами, 'РДС'ами и прочими рекламщиками, говоря, что они всего лишь жалкие подражатели. А источник их вдохновения жил еще во времена Людовика Четырнадцатого. Собственно, тогда и прошла финансовая пирамида номер один. В стране короля-солнца, после его смерти.
А тут будет при жизни.
- Алеша, есть такое понятие 'финансовая пирамида'...
Алексей выслушал с большим вниманием. Потом попросил повторить. Уточнил несколько деталей - и пришел в восторг.
- Соня, а вам это удастся?
- Ему. И только ему. А я... а русских в этом деле вообще не будет. Ни к чему Людовику такие козыри.
- Дерзай. Что нужно? Люди, деньги...
- Я все найду. Главное у нас уже есть - твое одобрение.
- даже поощрение. За Марфу я этому венценосному солнышку все лучи пообломаю.
- Поверь, потеря денег для него страшнее.
- Действуй. Верю.
Софья послала брату нежную улыбку. Она в себя тоже верила. Но вот как бы сделать так, чтобы Джонни Лоу не кинул компаньонов? Месть - это прекрасно, но если Франция оплатит некоторые русские проекты, будет вообще великолепно. Кирюшка с Данькой пока вдвоем одного Ивана не стоят, и так виртуозно выкраивать деньги то здесь, то там не умеют. Будет им помощь от мамы...
***
Два месяца спустя...
Джон Лоу сидел у камина. Мужчине было грустно.
Кажется, Шотландия тоже не станет местом для приложения его талантов. А ведь хотелось, еще как хотелось! Обрести дом?
Нет, не так.
Хотелось власти и денег, а с рождения у него было только второе. Первое же...
Благовоспитанный еврейский мальчик быстро понял, что всегда будет существом второго сорта - и ударился в гулянки. Прокутил имение, доставшееся от родителей, растратил деньги и был вынужден зарабатывать на жизнь картами. Прилеплялся то к одному сильному мира сего, то к другому, нигде надолго не задерживался...
Хотелось ли?
Нет, не особенно. Но от своего замка, титула, денег он не отказался бы...
Скрипнула дверь. Джон с удивлением посмотрел на вошедшего слугу.
- что случилось, Джек?
- к вам господин Тэрас, милорд.
- господин Тэрас? Кто это? Первый раз слышу, - Джон хотел было отказать неизвестному в приеме, но потом передумал. Любопытство глубоко укоренилось в его характере. Джон физически не мог пройти мимо чего-то интересного... - Пригласи.
И с интересом уставился на дверь.
Вошедший оказался неприметным мужчиной среднего роста, с темно-русыми волосами, в простой черной одежде и длинном плаще.
- Мистер Лоу, рад знакомству.
- Мы с вами ведь не встречались раньше, - Лоу не спешил радоваться. Мало ли... случалось в его жизни разное. От родственников 'невинных' девиц до карточных должников.
- Нет. Ни со мной, ни с кем-то из моих родных...
Лоу перевел дух.
- Тогда что привело вас ко мне, мистер Тэрас?
Тарас Иванько, один из выпускников школы в Дьяково, улыбнулся.
- Я прибыл сюда, мистер Лоу, чтобы сделать вам предложение, от которого вы не захотите отказаться.
- Да? И что же это?
- Это власть и деньги. Очень большие деньги и большая власть.
Это так совпадало с недавними мыслями Лоу, что мужчина не удержался. Перекрестился.
- Вы... читаете мысли?
- Нет. Отнюдь. Просто ваши таланты привлекли внимание некоторой группы людей. И я хочу предложить вам отправиться во Францию.
- Может, стаканчик виски? И обсудим?
Тарас кивнул, соглашаясь. Да, и стаканчик, и обсудим...
Держись, старушка Франция. Войны - полбеды, а вот финансисты...
1709 год
- Как - нет денег!?
Один Джон Лоу сделал больше, чем все французские войны. А именно - умудрился крупно подорвать экономику Франции. Он начал печатать бумажные деньги.
Сначала все было хорошо, но потом, не без скромной русской помощи (Испания и Португалия тоже поучаствовали по мере сил), из Франции начало уходить золото. А бумага, не обеспеченная золотым запасом - это грустно.
Сначала-то все складывалось более чем приятно.
Джон возник при дворе - сначала в свите Филиппа Орлеанского, благо, тот был не столь разборчив по части знакомств, и попасть к нему было несложно. А потом уж и в Лувре.
Благодаря своим способностям, Джон быстро стал незаменим, потеснил стареющего Лувуа - и занял место министра финансов.
