Это... ходячее честолюбие в кружевах! К тому же страшнейший бабник. Сын кузины Лизелотты не пропускал ни одной юбки, попытавшись задрать ее даже на тетке, за что был нещадно бит Анной. Не повезло парню - честно влепить ему пощечину, а потом расслабиться и получить удовольствие Анна и не подумала. Вместо этого женщина едва не выбила ему коленную чашечку и серьезно попыталась выдавить глаз. Получилось неплохо - впредь Филипп зарекся хватать ее за грудь в темных коридорах дворца.
Доживет ли маленький Луи до зрелого возраста с таким-то регентом? И если доживет - то каким?!
В одном Анна была уверена - растить будущего великого монарха и конкурента своим амбициям Филипп не станет. А слабый король Францию не удержит. Не сможет.
Что тут начнется?
Неясно.
Но ей с девочками тут не место.
- Госпожа, его величество хочет попрощаться с вами...
Лекарь коснулся руки Анны - и таа проследовала в покои Людовика. Мужчина пришел в себя. Губы его кривила улыбка, глаза были затуманены опием, а лицо...
Стоило увидеть его, чтобы понять - не жилец. Нет, не жилец.
Анна привычно опустилась на колени рядом с кроватью, коснулась губами монаршей руки.
- Сир! Какой ужас! Мое сердце рвется на части!
Ага, на две. То ли удирать с девочками на Русь - то ли к Карлу. Все же сын...
- Нам предстоит разлука, любовь моя. И я лишь могу надеяться, что она не будет слишком длительной...
Анна едва удержала ехидное 'Конечно, сир. Лет двадцать-тридцать' и нежно улыбнулась.
- Любовь моя, если бы не дети - завтра же мы были бы вместе. Я не смогу жить без вас,, но я буду существовать в ожидании нашей встречи - ради наших девочек! Только для них!
Ответ явно понравился государю. Он коснулся белокурых волос авантюристки.
- Я был счастлив с вами, мадам...
Анна ответила в том же духе... развернуться не дал лекарь, скормив венценосному пациенту еще одну порцию опиума. Женщина вышла вон - и наткнулась на взгляды.
Самые разные.
От злобных до вопросительных. И один...
Анна плюнула на все и опустилась на колени перед маленьким дофином Вьеннским.
- Ваше высочество...
- Как себя чувствует дедушка? - Мальчик уже достаточно разбирался в хитросплетениях дворцовой жизни. Понимал, зачем его сюда притащили, и чего ждут все эти одетые в траур люди...
- Плохо, ваше высочество. Очень плохо.
- он... умирает?
- Да, ваше высочество. Лекари лгут, но я опасаюсь худшего. Он умирает и вы будете королем...
- Я не хочу...
Анна вздохнула про себя. Он был таким симпатичным, этот малыш, с его серыми глазами и кудрявыми золотистыми локонами. Таким добрым и ясным, что даже было странно - как это сокровище выросло в ядовитой дворцовой атмосфере. Она огляделась - и разумеется, Филипп Орлеанский был неподалеку. Беседовал с кардиналом Флери.
- Монсеньор?
- Да, мадам Анна?
Филипп был не в худших отношениях с Анной. Женщина была неглупа, не настраивала против него венценосного дядюшку, а пару раз и смягчила его гнев удачной шуткой. Так что...
- вы не отпустите со мнойй мальчика? Ему здесь не место. Пусть побудет с моими девочками, поиграет пока...
- Время ли для игры, мадам?
- Это ребенок, монсеньор. Ему не место у постели умирающего.
Десять минут уговоров - и Анна забрала малыша с собой. Сегодня она накормит его ужином, уложит спать и расскажет добрую сказку. Ему придется очень нелегко в последующие годы, пусть у мальчика останется память хотя бы об этом вечере. Когда рядом с ним играют и смеются. И он - не наследник, а просто Луи...
Самый обычный мальчик.
Потом ему не дадут забыть о короне. Потом, все потом.
Именно глядя на то, как маленький дофин играет с ее дочерьми, Анна уверилась, что надо уезжать. Инсценировать свою смерть - и уезжать прочь. Или просто бежать к сыну - неважно.
Останься она здесь - либо ее заточат в монастырь, либо придумают что похуже. Отравят... хоть и сложно им будет, но могут. Лишь бы она не оказывала на малыша влияния. А она может.
Ее любят при дворе. Хоть о ее браке с королем и не говорят вслух, но догадываются многие. Бежать. Бежать вскоре после смерти супруга. Тут главное не протянуть слишком долго...
Анна отправила детей спать. А сама позвала доверенную служанку.
- Много из наших в Париже сейчас?
- Четырнадцать человек.
- Людовик умирает. Я хочу уехать отсюда.
- Домой?
- наверное, нет. К Карлу.
- Хорошо. Я скажу - и пусть готовят побег.
Анна кивнула. На Русь хотелось, но лучше к сыну. Сейчас под его рукой Шотландия и Ирландия. А там, кто знает, и Уэльс приложится? Там тоже безопасно... относительно, но оставить сына?
Нет, этого она сделать не сможет.
Ох, Русь...
Не видеть мне твоих березок еще очень долгое время.
***
Людовик умер первого сентября 1715 года. Торжественные похороны, коронация и передача власти прошли еще в присутствии Анны. А вот потом...
Никто и не понял, как опустели покои в Лувре. Еще до того, как Филипп решил отправить ее в Сен-Сир, в монастырскую школу, Анна бежала, захватив с собой детей, все подарки его величества (тянущие на очень круглую сумму, хватило бы на еще один Версаль) и даже любимую собаку по кличке Жюли.
Как?
