- Отдам. Нам крепости не штурмовать, а для защиты они не так хороши...
Павел кивнул.
- Зато на море пригодятся. А еще... знаешь, надо будет команды создать... мне тут идея в голову пришла...
Григорий молчал, пока Павел задумчиво смотрел в стену. Спугнуть мысль намного легче, чем кажется, а если она дельная - это обидно.
Но когда на лице Павла заиграла шальная улыбка, не выдержал.
- Ну?
- Брандеры. Из чаек выйдут неплохие брандеры, все равно выбора у нас нет.
- ага. И тебе нужны этакие горячие головы...
- Холодные. И чем холоднее - тем лучше. Чтобы и сами не пропали, и других не подвели. Тут горячиться ни к чему, тут сто раз отмерить нужно и пять раз отрезать.
- Десять раз отмерить - один отрезать, - привычно поправил Григорий. За время жизни на Руси появилась у Павла такая привычка - калечить русские поговорки.
- Пусть один. Но резануть от души, - охотно согласился Павел. - Чтобы впредь неповадно было...
Тут Григорий был полностью согласен с родственником. Надо сделать так, чтобы турецкий флот серьезно пострадал. Так, чтобы они не смогли продолжать войну, сочтя, что понесли недопустимые потери. Чтобы убрались, пожав хвосты... удастся ли им это?
- я отдам все приказы... сколько тебе потребуется времени, чтобы подготовить флот?
- около месяца. И надо выйти из залива, мы тут как кошки в мешке.
- Действуй...
Павел кивнул. Мысли его уже были далеко. Там, где на синей глади расправляли паруса его корабли.
Бой. Да, и только победоносный! Другого выхода у них нет.
***
Софья Алексеевну разбирал истерический смех.
Мало кто видел ее в таком состоянии, но...
- О-ох... Мазепа! Слов нет! МАЗЕПА!!!
Брат и муж с удивлением смотрели на нее, но что делать - даже не представляли. Софья посмотрела на них и протянула руку к кувшину с водой. Кое-как ее удалось напоить.
- Вы просто не понимаете... Мазепа! Черт!
Слишком сильным оказалось потрясение для Софьи. В той жизни она была не последней в школе, и потому...
- Зачем он шапкой дорожит?
Затем, что в ней донос зашит,
Донос на гетмана-злодея...
Последняя строчка пушкинской 'Полтавы': 'Царю Петру от Кочубея' так и не прозвучала. Софья вовремя заткнулась. Поди, объясни, что это за Петр и откуда взялся. И жил ли уже Мазепа с Кочубеевой дочерью? И вообще - рядом ли с ним Кочубей? Кто это - Софья, хоть убивай, не помнила. И про дочь-то рассказывал когда-то Володя, как про занимательный факт. Вот, мол, на что способны оскорбленные отцы.
- Соня, ты стихи пишешь? - искренне удивился супруг. Софья кое-как замотала головой.
- Нет! Это другое...
Алексей на стихи не разменивался. Тут не в стихах дело.
- Мазепа, значит? Да что он вообще такое?
- Один из возможных преемников Ивана Сирко. - Софья уже достаточно пришла в себя, чтобы дать справку. Пошуршала бумагами на столе и уже более уверенно продолжила. - Иван Карлович, человек обыкновенной биографии. Отец - поляк из не особенно знатных. Мать - ныне монашка. Учился у иезуитов, был принят при польском дворе. В шестьдесят пятом году стал подчашим Черниговским. Через пару лет женился и активно прислуживал Дорошенко. Очень активно. Вовремя успел переметнуться к Степану. Где и дорос до гетмана. А дальше - все. Расти некуда.
- а если сдать Крым туркам, как пишет Иван...
Разъяснений никому не требовалось. Все трое понимали, что худшая тварь, которая может завестись в доме - это не таракан, а диверсант. Не орать же на весь Крым, что Мазепа предатель?
Софья кстати, в этом и не сомневалась. Видимо, еще из той жизни...
Но что делать? Попробовать казнить? А кто сказал, что другие лучше? Что нет запасного варианта? Она бы на месте Гуссейна-паши троих таких подобрала. Минимум. Чтобы наверняка.
Просто Мазепа оказался самым наглым - перетягивать на свою сторону Сирко! Это ж вообще ума не иметь нужно! Или наоборот?
При одной мысли Софья похолодела..
А если....
Согласится Иван - хорошо. А если нет... что бы предусмотрела она?
Да просто его ликвидацию. Возраст уже... кто у нас застрахован от сердечных приступов? А если уж вовсе допустить самое страшное... Мазепу могут продвинуть вместо Ивана. У казаков же вольница, Степан вроде как ничего про Мазепу не говорил, но по донесениям...
Софья попробовала вспомнить.
Да вроде бы Степан неплохо относится к Мазепе. В меру равнодушно, в меру спокойно. А мог он - продаться? И мог Мазепа прийти не сам, а от Степана?
Самое мерзкое, что допускать приходилось - все. Хотя... не стоит уж вовсе давать воли паранойе. Степану не было бы нужды подсылать Мазепу к Сирко. Это глупо, а глупцом атаман никогда не был. Да и к чему ему? Он и так князь крымский, это его наследственное владение, вотчина, он ее детям передаст. Да и долго еще в Крыму не стоит закрепляться. Слишком много сил потребуется на его отстаивание от турок.
Ладно.
Степану можно верить. А кому - нельзя?
Сам по себе, такой умный Мазепа? Из грязи в князи?
А ведь мог, мог...
