— Благодаря вам синьор Иньиго, — управляющий низко мне поклонился, — всё отлично, врач вылечил жену и с ней всё в порядке. Так что я со спокойным сердцем смог вернуться обратно к вам.
— Отлично, — улыбнулся я, — я рад. Какие новости в Риме? Что интересного произошло в городе за время нашего отсутствия.
— Проклятая влажность и жара синьор Иньиго, — перекрестился Альваро, — теперь понятно почему тут люди мрут от малярии словно мухи.
— Что слышно на улицах?
— Пока ничего синьор Иньиго, но в городе всё ещё неспокойно, сторонники Колонна и Орсини часто убивают друг друга, так что без охраны даже не ездите никуда. Я наших служанок выпускаю на рынок только под охраной швейцарцев, что вы нам оставили.
— В нашем случае отсутствие новостей это уже хорошо, — согласился я с ним, — ладно мне нужно смыть с себя дорожную пыль, отдохнуть, а завтра поговорим.
— Конечно сеньор Иньиго, сейчас распоряжусь, чтобы служанки начали греть воду, — быстро кивнул он.
Большинство кардиналов вернулось в Рим только в середине сентября, так что мои запросы в секретариат, о встрече с папой полностью игнорировались, а встреча с кардиналом Торквемадой только подтвердила мои худшие предположения о том, что Каликст III полностью изменился и сейчас ведёт самостоятельную политику, забыв о своих друзьях. Вот что он точно не забыл, так это свою семью и как мне с горечью сказал Торквемада, скоро будет объявлено о назначение двух новых кардиналов, которых не выбирали на конгрегации другие кардиналы, а назначил папа своим единоличным решением. И надо же было так совпасть, что оба они являются его племянниками. Я не успел порадоваться за Родриго, что он стал кардиналом, как Торквемада продолжил рассказ, сказав, что папа кроме раздачи духовных должностей ближайшим родственникам, занялся переделом и светских вакансий внутри секретариата. Так что очень скоро, возможно даже в начале следующего года Рим ждут большие изменения, которые вряд ли кому понравятся.
— Он объявил настоящую войну Орсини, объединившись с Колонна, — продолжил рассказывать мне кардинал Торквемада, — я даже слышал, что речь пошла о замужестве какого-то из его племянников на девушке из клана Колонна.
— М-да, — покачал я головой, — надеюсь следующий папа не будет дружить с Орсини, поскольку тогда Колонна конец. За то, что происходит сейчас, они будут мстить.
— Если раньше они Рим не разнесут по кирпичику сын мой, — грустно покивал Торквемада.
— Что насчёт вас наставник? Встречались с Каликстом III? — поинтересовался я.
— Боюсь мы окончательно с ним рассорились и меня ждёт опала, — спокойно пожал он плечами.
— Я смотрю вы не сильно из-за этого огорчены, — хмыкнул я.
— Больше появится времени на написание собственных трудов Иньиго, — улыбнулся кардинал, — так что мне всё равно.
— Как-то это неправильно наставник, — задумался я, — он разрывает связи со своими друзьями, с которыми дружил всю жизнь, но в это же время проявляет непотизм к ближайшим родственникам, делая на них ставку. Мне одному кажется, что это неразумно? Почему не приближать к себе и друзей? Или же если ты коренным образом решил изменить свою жизнь, то тогда отдали от себя и тех и других, тогда хотя бы будет понятно, что ты не хочешь, чтобы на тебя кто-то влиял из старых знакомств или родственных связей.
— Ты задаёшь вопросы, на которые ни у кого нет ответов Иньиго, — улыбнулся кардинал и встрепал волосы на моей голове, — все, с кем он дружил или кто за него голосовал, теперь недовольны его решениями. Поверь мне, ничем хорошим это в итоге не кончится.
— Особенно после его смерти, — кивнул я.
— В начале разговора ты упомянул, что хотел бы покинуть Рим? Куда поедешь? На пожалованное тебе место? — поинтересовался он, меняя тему разговора, — кстати ещё раз поздравляю тебя с титулом, хотя я лично не сомневался, что тебя ждёт блестящее будущее, жаль конечно что Каликст III отказался от нашей изначальной идеи сделать из тебя главу ордена францисканцев.
— Жизнь штука непредсказуемая, наставник, — я пожал плечами, — я лично не оставлю эту мысль, вы ведь так меня к этому готовите.
— Спасибо Иньиго, — мягко улыбнулся он, — кстати, раз ты здесь и скоро можешь уехать, то позволь я тебя познакомлю со своим племянником. Я бы хотел, чтобы ты ему помог.
— Конечно ваше преосвященство, — перешёл я на официальный тон, когда он позвал слуг, чтобы те привели его родственника.
Вскоре в комнату вошёл тридцатипятилетний, скромный и застенчивый мужчина, слегка упитанный, но уже с тонзурой и в рясе доминиканского монаха.
— Томас познакомься с графом Иньиго де Мендоса, — представил он меня ему на родном языке.
— Приятно познакомиться с вами фра Томас, — заговорил я с ним тоже на кастильском.
— Это взаимно ваше сиятельство, — смущённо улыбнулся он мне, — дядя о вас столько рассказывал.
— Для друзей я просто Иньиго, фра Томас, — мягко ответил я, — тем более для ближайших родственников моего дорогого наставника, которому я обязан всем в своей жизни.
