- Веселитесь, - бросает один из них.
Запираю клетку и возвращаюсь на место возницы.
- Поехали.
Телега выезжает за ворота.
Впереди - порт.
И Чёрный Корабль, маячащий на горизонте.
---
Телега скрипит по мокрым камням, облитым рыбьей слизью и солёной водой. По бокам - огромные склады, ржавые цеха, где воняет гнилью и солью. Улица пуста. Ветер свистит между дощатыми стенами, срывает с крыш клочья тумана. Я срываю накладную бороду, швыряю её в сумку, стираю с лица остатки грима.
- Астра.
Девушка в клетке вздрагивает, медленно оборачивается. Глаза - как два лезвия. Узнаёт. И вспыхивает.
- Выыы… - шипит она, вцепляется в прутья. - Вы, !@#$% потрох! Бросили нас в камере, а теперь приползли?
- Меня одного выкупили, - пожимаю плечами. - Не моя вина.
- Ктооо? - она тянет слово, будто кинжал из ножен.
Я ухмыляюсь, но не отвечаю. Пусть гадает. Если узнает, что я теперь на графа работаю, сундук мне не видать. Астра поджимает губки, отворачивается.
- Зачем пришли? - бросает через плечо.
- Вторник, - достаю из сумки два листа. Один - свежий, другой - измятый, с потёртыми углами. - Смотри. Это твой прогноз. А это - вчерашний курс, который мне выдала сумка.
Она хмуро бросает взгляд.
- Числа совпали, - говорю, и голос сам по себе гремит, будто колокол, а лицо расплывается в неудержимой улыбке. - Ты угадала. Чёрт знает как, но угадала!
- Конечно угадала, - фыркает она. - Я же вам говорила. Эта магия сбоев не даёт.
- Ладно, - вздыхаю. - Был не прав. Прости. Принимаю твоё предложение. Вытащу вас двоих в обмен на новые графики.
- А мы разве ещё не спасены? - хрипит Красавчик, поднимая голову.
- Нет, - качаю головой. - В этом одеянии мне из города не выбраться, а вам двоим – тем более. Наёмники твоего отца, - киваю на Астру, - всё ещё рыщут по улицам.
- Кстати, за что он тебя так не любит? - спрашиваю.
- Он никогда меня не любил, - бурчит Астра. - А пару лет назад, когда всё это началось, просто забыл, что я существую.
- Что началось?
Молчит.
- Ладно, - продолжаю. - Единственный шанс вас вытащить - перевести в частную тюрьму. На
Красавчик аж подпрыгивает.
- Ты что, совсем !@#$%^?! - орёт он.
Астра бледнеет.
- Вы… вы не понимаете, куда нас отправляете… - шепчет она, - Оттуда никто не возвращается.
- Понимаю, - говорю спокойно. - Но что лучше: болтаться на виселице или плыть на корабле, с которого, как вы говорите, никто не возвращается?
Они замолкают.
- Как вы вообще нас туда перевели? - хмурится Астра.
- Подменил списки в канцелярии, - пожимаю плечами. - Вместо виселицы - тюрьма.
- А те, кто должен был плыть вместо нас?.. - начинает Красавчик.
- Их, скорее всего, повесят, - отвечаю.
Оба смотрят на меня с ужасом.
- Да ладно, - машу рукой. - Вы же сами твердите, что плавучая тюрьма - хуже смерти. Может, им повезло.
Телега подкатывает к причалам. Ветер бьёт в лицо ледяными брызгами.
- Выпусти меня! - вдруг орет здоровяк с клочковатой бородой. - Я на этот чёртов корабль не полезу!
- Не могу, - отвечаю. - В путевом листе - четыре пассажира.
- Выпусти! - он дёргается, и вдруг в его руке сверкает заточка. Гвоздь. Он хватает Астру, прижимает остриё к её горлу. - Останавливай повозку или парнишке конец! Мы здесь выходим!
- Садись, - говорю тихо. - И успокойся.
- Выпускай! - орёт он, и Астра зажмуривается.
Красавчик вскидывает руки - между пальцами вспыхивает огонь.
- Отпусти его, - говорит он.
- И спалишь нас обоих? - хрипит здоровяк. – Выпускай нас - и он жив останется.
Я вздыхаю, достаю пистолет, стреляю ему в голову. С такого расстояния трудно промахнуться.
Грохот. Тело падает.
- Поехали, - бурчу, пряча оружие.
- Можно выкинуть труп? - дрожит Астра.
- Нельзя. В путевом листе - четыре человека. Мёртвых или живых - без разницы.
Телега скрипит, въезжая на причал. Впереди – пришвартованный мрачный баркас, а вдали за ним чёрный силуэт
И никто из нас пока не знает, что хуже: виселица… или то, что ждёт нас на борту.
Портовый причал скрипит под тяжелыми шагами тюремной стражи, но никто не обращает на меня внимания. Я стою на краю деревянного настила, сжимая в руке бланк с печатью - документ, который теперь официально подтверждает, что Астра, Красавчик и двое других бедолаг стали пассажирами и гражданами Черного Корабля.
Лодка с узниками уже отчалила, медленно удаляясь в сторону чудовищного корабля, что маячит на горизонте, как гнилой зуб, торчащий из черной пасти моря. Астра стоит у борта, её фиолетовые глаза прикованы ко мне. Красавчик рядом, его рыжие волосы сливаются с закатом, но выражение лица не изменилось - всё та же злость, смешанная с недоумением.
Я поднимаю руку, ухмыляюсь и машу: