Эрик Фромм
91
Мне казалось, что после Л.А. Толстых никто не сможет выполнять на кафедре учебную
работу так безукоризненно, чтобы я в неё не заглядывала. Из всех старших преподавателей
кафедры самой аккуратной, самой чёткой и в то же время умной, остроумной и талантливой
в разных аспектах была завсекцией черчения Валентина Андреевна Кирюшичева,
первая женщина в этой должности. Деловая, эффектная, с горделивой осанкой, self-
competent леди, она, безусловно, была украшением кафедры во всех отношениях.
У Кирюшичевой, Девы по знаку Зодиака, всё было выверено с геометрической
точностью: от чертежа на доске до структуры самого занятия. Она преподавала черчение.
На её уроки ходили не только чертёжники, среди которых были и деканы, но и другие члены
кафедры, чтобы поучиться, в том числе и взаимоотношениям с иностранными студентами
на занятиях. Последние, по-моему, испытывали к ней смешанное чувство восхищения и
трепетного уважения. Иностранные студенты, добросовестно выполняя вслед за уважаемой
(в их фонетике «нажимаемой») преподавательницей рамки и штампы по черчению,
не всегда понимали что слово «проверил» – необходимый атрибут штампа, и часто,
поздравляя её с праздниками, обращались к ней так: «Дорогая проверил Кирюшичева!».
Характер и способности студентов она схватывала сразу и могла их описать как художник:
студент сразу становился узнаваемым. Я думаю, что эти её качества и организационные
способности, проявленные в должностях завсекцией и позднее заместителя завкафедрой по
учебной работе сыграли роль в том, что она в последние годы работы на факультете была
повышена до должности замдекана по открытой для российских студентов специальности
«Мировая экономика». Она хорошо знала как русских, так и иностранных студентов, вникала
в их дела, оказывала им помощь советом и делом при обучении и в личных проблемах.
В.А. Кирюшичева с 2001 года уже не работает на факультете, но бывшие студенты звонят ей,
а при встречах делятся событиями в своей жизни.
Подозреваю, что к ней на занятия ходили ещё и потому, что на неё просто было приятно
смотреть: стройная, красивая, с тонкой талией, королевской статью. Она всегда потрясающе
одевалась. И когда сама шила наряды (также выверенные с геометрической точностью), и
когда у нее появилась возможность одеваться в дорогих бутиках. Вкус её был и остаётся
безукоризненным.
Став заместителем по учебной работе (я это помню по прошествии многих лет), В.А.
Кирюшичева не только справлялась со своими обязанностями, но и подставляла плечо в трудно
решаемых учебных и социальных ситуациях. Тогда за успешную работу в течение какого-
либо периода давались премии на кафедру: из расчёта 5–10 рублей на одного человека. Мы
закрывались с ней в моём кабинете, чтобы поделить эти «сумасшедшие» деньги. Я знала, что
при её содействии всё будет решено по справедливости, не будет пропущен ни один человек,
заслуживший премию, и ни один рубль не будет выдан «безнаказанно».
Острый язычок Кирюшичевой всегда меня восхищал, я его ценила и тогда, часто не оставаясь
в долгу, ценю и сейчас. С каким бы «перчиком» она ни комментировала ситуации на кафедре,
всё было по справедливости. Её эссе, написанные к факультетским капустникам, всегда были
талантливы, остроумны, каждая строчка несла максимум информации в единицу времени. С
ней было нескучно, а за учебную работу абсолютно спокойно. На вопросы розданной мною к
35-летию кафедры юбилейной анкеты она ответила в своём стиле, остроумно:
– Какими языками владеете и где применяете?
– В душе (ох как!) иногда применяю.
– Работа за границей, где, когда и в чём заключалась?
Она перечислила свои туристические поездки в следующем ракурсе: «Финляндия, Швеция,
Чехословакия, Канары, Греция, Италия, Эмираты, Египет, Турция, Таиланд – работа над
ошибками в английском языке».
92
В.А. Кирюшичева считает себя «исполнителем и вечным замом» (с чем, кроме
номинального названия должностей, я категорически не согласна), а в настоящее время
– «дамой придверной». Она cтарший контролёр Ростовского музыкального театра,
в котором самыми желанными гостями для неё являются факультетские коллеги.
В своё время я ей могла доверить любую работу, не проверяя и не контролируя, но зная,
что всё будет выполнено честно и добросовестно. У меня хранится приказ, вывешенный
тогда на кафедре, в котором сказано: «На время отпуска завкафедрой Л.Б. Олехнович по всем
вопросам в сентябре 1994 года обращаться к заместителю завкафедрой по учебной работе
В.А. Кирюшичевой». Уезжая в отпуск или в командировку я всегда оставляла её вместо
себя, и ей безоговорочно подчинялся коллектив, в котором были доценты, кандидаты наук.
Сейчас я с позиции бывшей начальницы дала бы ей такую характеристику:
