Вернувшись в дом, я сначала запер балкон, а после прошёлся по всем комнатам, отрезая от ветров собственное жилище. Вскоре не осталось ни единого сквозняка. Я же сел у камина и задумался.
Мне будто бы хотелось отыскать того, кто сотворил для меня город, и словно не хотелось этого вовсе. Пока что я не мог точно понять свои чувства.
За окнами зажигались огни совершенно других фонарей. Я не был тут ни чужим, ни снящимся. Пожалуй, в этом и состояла вся прелесть подступающего вечера и надвигающейся ночи.
========== 109. Музыка Короля чаш ==========
Пробираясь между полотнищ паутины, среди слишком изменчивых, совсем непостоянных теней и внезапных лучей света, я даже не задумался ни на секунду, что это вообще за мир, что за место. И только позже, когда среди неясных очертаний солнечный луч высветил старинный рояль, осознал, что это, вероятно, очередной сон.
Открытая крышка манила старыми пожелтевшими клавишами, но я играть не умел, так что опасался коснуться и тем самым обидеть заскучавший без дела инструмент. Если бы тут оказался кто-то, способный дать ему вдохнуть и запеть!.. Но нас окружала паутина и пыль, в которых любой звук превращался в глухую тишину.
Я ещё не разобрался, принадлежала ли реальность сна мне, или, быть может, где-то затаился сновидец, а потому не пробовал её на пластичность. Не стремился придумать существо, которое бы заняло пустующее у клавиатуры место. Но стоило мне вглядеться в тени за роялем, как кто-то всё же извлёк из него первую растерянную ноту.
Я перевёл взгляд, с тоской отмечая, как быстро и легко робкий звук сбился и замолчал. Осторожно опустив пальцы на клавиши, передо мной стояло загадочное существо, в котором я не мог отыскать человеческих черт. Впрочем, его руки были определённо приспособлены к игре.
Выжидая чего-то, создание качнулось, чуть наклонилось вперёд, а затем вдруг ударило по клавиатуре с силой и страстью. Поначалу мелодия всё равно будто бы не могла вырваться, зазвучать в полную силу, словно тишина затягивала удавку на горле рояля, но вот что-то будто лопнуло, и сразу же звук потёк чисто и сильно, как горная река, прорвавшая плотину, сметающая мосты на своём пути.
Я вслушался и закрыл глаза, а когда открыл, мы уже были совсем не на чердаке, не среди пыльного и тёмного пространства, где редкие лучи становились софитами. На нас лился удивительный свет, и, наверное, это была сцена. Я, конечно, отступил, чтобы не мешать музыканту получать свою порцию признания.
Мне попалась лестница, я спустился и лишь тогда оглянулся. Рояль высился на дощатой террасе посреди яркого сада. Кто играл на нём? Я теперь не мог различить совсем ничего, слишком ярким был свет.
Музыка звучала так громко, что я направился по первой попавшейся дорожке прочь. Мелодия гналась за мной, толкала в спину и смеялась над ухом.
— Мне кажется, или тебе неуютно в моём сне? — выглянула вдруг из-за дерева Королева чаш. С влажных её волос стекала вода, и мне подумалось, что именно потому музыка кажется неудержимой рекой.
— Как я вообще тут оказался? — спросил я, чуть улыбнувшись. — Ты позвала меня?
— И да, и нет, он позвал, — она кивнула в сторону сцены. — Рояль. А я только хотела узнать, почему он появился в моих снах.
— Ты его не создавала?
— Совсем нет, — она пожала плечами. — Очень странно? Или нет?
— Это ведь сон, что тут вообще может быть странно?..
В тот же момент мы оказались под водой, но дышать мне по-прежнему было легко. Недоверчиво я коснулся собственной шеи и обнаружил щели жабр.
— Вот так мне тут нравится больше, — призналась Королева чаш, проплывая мимо. Сейчас она была совсем не похожа на себя, но, тем не менее, я точно знал, что это она. Сколько бы обликов она ни сменила во сне, я бы узнал её.
Как ни странно, а музыка всё звучала и звучала. Теперь в мелодии чудились океанские волны, и так она стала мне ближе.
Мы качались с Королевой чаш на волнах подводного течения, и вокруг нас летели косяками мелких рыбок ноты и звуки. Интересный сон.
— Может, это что-то значит? — спросила она наконец.
— Почему это непременно должно что-то значить? — удивился я. — Откуда у тебя столько вопросов?
— Вот уж не знаю, — она обратилась медузой и едва не ужалила меня, но вовремя одумалась и теперь поплыла рядом.
Мы снова увидели рояль, и почему-то я понял, что скоро проснусь. Осознание этого резануло болью, почти заставило задохнуться.
— Уходишь, — дрогнула реальность.
И я открыл глаза.
***
За окном моросил мелкий дождь, по крыше временами пробегал ветер. Я сидел на кухне перед чашкой с остывающим чаем и вслушивался в тишину, которую нарушало лишь тиканье часов.
Мне всё чудилось, что вот-вот я услышу мелодию из сна. Она ведь была такой совершенной! Мне хотелось бы дослушать её до конца. Но нет, только дождь и часы, ну и иногда — ветер.
Однако стоило закрыть глаза, и я снова стоял на морском дне, а рояль опять играл — сам по себе, точно ему и не нужен был больше какой-то там музыкант…
***
Прошло немало дней, Королева чаш не приходила ни наяву, ни во сне, не звучала музыка старого рояля.
