— С жиру она бесится, проблемы, — фыркнул Анатолий. — Вы что, не знаете, что ли? Она замуж второй раз собралась. А развелась всего несколько недель назад! Детей перевезла в дом к своему любовнику, сама туда переехала. По городу порхает, как бабочка, а тут два проекта не взяла. А это была перспектива расширения!
— Ты-то откуда знаешь? — Игорь встал, сжимая в руке пустой стаканчик из-под кофе. Желание ударить Толика увеличивалось с каждой секундой. — Свечу, что ли, держал?
— Да там свечу держать не надо, — рассмеялись из-за соседнего столика. — Наша Регина теперь стала активной инстаграмщицей!
Игорь удивлённо изогнул бровь. Представить себе Разумовскую, делающую очередное селфи на фоне зеркала, было как минимум трудно. Но кухня с таким удивительным согласием загудела, что он понял — безнадёжно отстал от жизни.
— Да ну вас! — искренне возмутилась Саша. — У человека проблемы, а они издеваются. Ей, наверное, трудно выживать в таком коллективе!
— Сама виновата! — крикнули из угла, Игорь даже не понял, кто именно это был. — Какого чёрта тогда она ни одну девчонку на работу не брала? Говорила, что программисток умных не бывает, как же, так мы и поверили. Она просто хотела быть такой единственной, мол, я тут одна баба, славьте меня. Живём, как в карцере. Кучу талантов завернула, потому что они к ней плохо подлизывались.
— И ты, Ольшанский, как человеком стал, теперь её не устраиваешь! — поддержал женский голос, и Игорь с ужасом осознал, что это говорила их эйчар, всегда строившая из себя подругу Регины. — Потому что ей нравилось, когда ты из дома бегал, чтобы только больше работы сделать, а теперь, когда вы вместе, её всё не устраивает. Мол, хорошие кадры жениться собрались, невидаль какая!
В ответ ей кухня буквально взорвалась очередным перечнем подтверждений. Кто-то жаловался на то, что сутками не видит собственного ребёнка, кто-то обвинял Регину в своих неудачах в личной жизни. Игорь чувствовал себя почти беспомощным — слушать весь этот театр абсурда было отвратительно.
— Умолкли все! — не удержавшись, крикнул он, а потом уже спокойно продолжил, хотя в тишине это звучало особенно звонко: — Ведёте себя, как шакалы. Не наше дело, что у неё творится в личной жизни. А вы следите за своей. Если у вас с ней проблемы, значит, плохо распределяете время.
Он не стал слушать ответное фырканье и чужие возражения, а буквально вылетел из кухни.
Регина стояла у стены. Она посмотрела на него, бледная, как стена, выдавила из себя слабую улыбку, а потом повернулась спиной и убежала.
Как маленькая испуганная девочка.
174
10 ноября 2017 года
Пятница
Наверное, никто никогда не видел Регину плачущей. Игорь, по крайней мере, точно. Но дело было не в слезах — в конце концов, это всего лишь солёные капли на чужих щеках, — а в том, как она сделала вид, что просто поправляла макияж, и выдавила из себя такую вынужденную улыбку, что Ольшанскому стало не по себе.
— Отчёт по спринту, — он положил бумаги ей на стол.
— Что? — она подняла на него затуманенный взгляд, а потом поняла, о чём шла речь, поспешно кивнула и схватилась за бумаги, как за верёвку для утопающего, словно могла за ними спрятаться. — Да. Спасибо. Можешь быть свободен.
— Может быть, что-нибудь ещё надо сделать?
— Нет, — ответила Разумовская, поднимаясь. Она опять была в своём мертвенно-сером, холодная и мрачная. — Хотя… Подожди, — Игорь так и остался стоять на месте, но вот она встала и сделала шаг ему навстречу. — Ты уверен?
— Уверен в чём?
Обычно драматические паузы удавались Регине из рук вон плохо, но эта получилась удачной. Она смотрела на него, просто так, молча, холодно щуря глаза, словно пыталась что-то увидеть, а потом выдавила из себя нелепую, больше напоминающую гримасу улыбку.
— В том, что не хочешь согласиться на моё предложение. Это довольно выгодно. Процент от сделки…
— Мне от жизни нужны не только деньги, — покачал головой Игорь. — Я надеюсь всё ещё сохранить хоть часть сил и здоровья для жизни вне работы.
— Когда-то я была очень талантливым программистом, — промолвила она. — И, знаешь, меня даже никуда не брали. Я билась, сколько могла. И ввязалась во всё это, потому что хотела, чтобы…
— Чтобы что? — он покачал головой. — Регина Михайловна. Мы ведь оба прекрасно помним, как вы принимали других на работу. Особенно девушек.
— Они были недостойны, — сцепив зубы, ответила Разумовская. — Ты же сам понимаешь, что, когда кто-то хочет просто крутить одним местом перед коллегами-мужчинами, добра в команде не будет.
— Высокого же вы мнения обо всех девушках в мире.
— Свободен, — прорычала почти Регина. — Тебе ещё рано меня учить. Не лезь не в своё дело!
Игорь посмотрел на неё, словно пытался убедиться в чём-то, а потом кивнул и просто спокойно вышел. Регина, наверное, сказала что-то, выкрикнула ему в спину, но Ольшанский отказался это слышать. Он прекрасно понимал, что рано или поздно всё заканчивается — так закончился путь Регины, как хорошего руководителя.
