Игорь поднялся на ноги, опасливо косясь на люстру. Кухонька была маленькой, потолки — низкими, да и квартира, хоть и опрятная и довольно чистая, казалась просто крохотной. Он искренне надеялся, что Саша не заметит этот его взгляд, что это не повлечёт за собою очередную волну извинений; в конце концов, ему не хотелось бы её обидеть. Жилищные условия далеко не всегда определяют человека, и это был как раз тот случай.
Но так они оказались ближе друг к другу, чем предполагалось. Где-то фоном чавкал кот, доедая свою вечернюю порцию, и эти звуки самым наглым образом заменяли положенную в подобных ситуациях романтическую мелодию.
Подсознание требовало обнять Сашу и попытаться её поцеловать, сознание — отступить на пару шагов и не пугать девушку своей настойчивостью. Да и она сама, кажется, не знала, что делать; на мгновение подалась было вперёд, а после отшатнулась к стенке и неопределённо как-то махнула рукой.
— Я на диване постелю, — она едва слышно запиналась, явно волнуясь и не зная, что правильно было бы сказать. — Только… Магнус… Он обычно там спит и может быть против, но…
— Иди отдыхай, я сам разберусь с Магнусом. Дашь какой-то плед, и мне хватит, — усмехнулся Игорь. — Хотя тут тепло.
— Он очень сильно царапается, — начала было Саша, но закусила губу, вынудив себя умолкнуть. — Мне следовало поехать домой одной, правда. Не было бы столько проблем.
— Он, — кивнул Игорь на кота, — стоит любого расстояния.
И Саша тоже.
…Несомненно, диван не был примером удобства. Он оказался не таким уж и коротким, как мог предположить Игорь, но при этом пружинистым. Сашу этот факт, правда, смущал едва ли не больше его самого, и единственной причиной, по которой она не извинялась каждые три минуты, было то, что и это оказалось бы крайне неловким. Сейчас, в темноте крохотной квартиры, кажется, превращённой в двухкомнатную путём манипуляций с новыми стенами, было слышно, как она ворочалась в кровати за закрытой дверью.
Магнус остался снаружи, хотя Игорь предполагал, что обычно он спал либо на диване, либо с хозяйкой в постели. Кот вообще не слишком обрадовался, когда какой-то посторонний мужчина явился к нему в квартиру, а сейчас, кажется, возмутился до глубины души и, решив занять-таки законное положение, запрыгнул на гостя и устроился у него на животе, возложив тяжеленные лапы и голову на Игорю на грудь.
Однако, с котом лежать было интереснее, чем просто коротать время на коротком диване. Игорь, правда, стянул его с себя, сел, освобождая Магнусу вторую половину, и кот устроился поудобнее, поджав под себя лапы и сверкая в темноте своими глазищами.
— Скажи-ка, — промолвил Игорь, чувствуя себя полным идиотом, но при этом всё равно обращаясь к коту, — есть кто-нибудь у твоей хозяйки?
— М-не, — Магнус, кажется, всё понял, посмотрел на дверь, а после встал и перебрался к Игорю на колени. Сталкивать его во второй раз было бы уже совершенно некультурно, и Ольшанский запустил в тёплую мягкую шерсть пальцы.
Кот не вырывался. Это было по меньшей мере странно — коты редко положительно реагировали на посторонних. Но, очевидно, он искренне понравился Магнусу — иначе с чего бы оказывать подобную высокую честь и допускать до его пушистого высочества? Или, может быть, пушистый зверь и вправду что-то чувствовал.
…Игорь не помнил, когда уснул, но утром шея не болела — Магнус, свернувшись вокруг его плеч пушистой подушкой, обеспечил идеальный комфорт.
18 мая 2017 года
Четверг
Впервые за долгие годы работы Игорь второй раз подряд приходил первым на работу. То, что он заменял Регину, давало право требовать у охраны открыть офис пораньше; впервые причиной для этого было то, что они с Сашей приехали слишком рано — чтобы не выслушивать болтовню и дурацкие сплетни, во второй раз он был гоним уже жаждой разобраться с реализационными трудностями, с которыми они столкнулись, работая над проектом.
Структура наследования напоминала дерево — и какая-то из его ветвей вела не туда, куда следовало. Впервые за последние две недели он взялся за работу действительно серьёзно, ни на что не отвлекаясь; оно того стоило — запереться в кабинете, изолировавшись от постороннего шума, и отвлечься от всех жизненных неприятностей работой.
Что-то упорно не складывалось. Игорь смотрел на тонкую линию связи между старыми, уже существующими блоками закрытого кода и новыми планируемыми функциями и понимал, что этого будет мало. Даже если они реализуют всё а таком виде без фатальных ошибок, то рано или поздно неработоспособность будущего приложения даст о себе знать.
К сожалению, рано.
Он перевёл взгляд на тяжеленую структуру. Даже после того, как они вышвырнули оттуда целый кусок ежедневного обновления, а видоизменения вместо даты привязали к рандомайзеру и сошлись на комбинации из элементов — теперь это была уже проблема дизайнеров, как толково всё собрать, — всё равно оставалась целая куча звеньев, которые следовало выбросить к чертям собачьим.
