— Ты, что, деточка! В таком виде нельзя ходить перед мужчинами! — и зло зыркнув на мужа, набросила голубую ткань на мои плечи.
— Четверых ей мало, решила пятым обзавестись? — разводя водопад руками, в холл вышла молодая женщина стервозной наружности.
Так-так-так! Вечер обещает быть забавным!
— Опять ты! И кто тебя только пустил? — фыркнула «мама», закрывая меня своим телом.
— Неужели, я должна спрашивать разрешения, чтобы прийти на ужин в свой собственный дом? Мамочка…
И «мамочка» было сказано с таким ехидством, что казалось, у этой сучки изо рта вот-вот полезут гадюки.
— Мам, куда вы все подевались? — сперва послышался голос Оушена, а следом и он появился, проходя через все тот же водопад.
Выряжаться в русалку и идти на семейный ужин стоило хотя бы ради того, чтобы видеть, как сжались эти мощные челюсти. Ох, что будет!
Я пока не совсем понимала, кто и кем кому приходится, но то, что будет жарко было ясно по напряженным лицам.
Глаза Оушена испепеляли красотку, обвинившую меня в желании разжиться еще одним мужем, она же сканировала меня насквозь, видимо, пытаясь найти недостатки в моей внешности, матушка краснела и бледнела, поглядывая на нас всех, и только лорд Фарес ухоженной рукой с массивными перстнями на длинных пальцах пытался скрыть улыбку.
Тяжело сглотнув, Оушен сделал шаг в мою сторону и протянул руку.
— Рад, что ты пришла…
Ну надо же! Какие перемены!
38. Какие милые люди!
Взгляд Оушена, то и дело соскальзывал вдоль запахнутого на моей груди куска ткани, а его мама шла рядом и придерживала полы, чтобы не разлетались. Не дай бог, кто такую красоту увидит…Но, кажется, больше она переживала не за абстрактного «кого-то», а за вполне конкретного Фареса – своего мужа.
Кстати, это его назвали в честь планеты, или наоборот?
— Ты надела свадебный наряд…— на ухо пояснил мой супруг, — в нем можно появляться только перед мужем.
Так вот почему мама так резко отреагировала! А папа все же бессовестно пялился на чужую невесту. Мужики они и на другой планете кобели.
— Какого черта он тогда оказался в моем шкафу? Мне никто не объяснил, что можно надеть, а что нет. Среди тряпья и рыбьего хвоста пришлось выбрать ЭТО!
— ЭТО – наряд для первой брачной ночи. Наверное, мама подсуетилась. Кстати, снять с тебя его сможет только мужчина, чья энергия заключена в этом костюме, — он приподнял брови, словно был совершенно ни при чем.
— Давай обойдемся без сказок.
— Как хочешь. Надоест ходить в нем-моя комната рядом, — довольно хмыкнул муженек.
Какого звездопада он стал таким милым? От его перемен в настроении у меня психоз скоро начнется.
Все это время непонятная девица, не стесняясь, пялилась на меня. И, когда мы стали рассаживаться на места за столом, она ловко вклинилась между мной и Оушеном.
— Насколько я знаю, еще два дня ты не имеешь права ни на одного из мужчин! — ехидно улыбнулась стерва.
Мне же стало не до улыбок: не очень-то приятно, когда все окружающие в курсе твоего цикла.
— Тебя-то каким боком это касается? — огрызнулась Аква.
— Переживаю за мужа.
В столовой повисла тишина. Звон посуды прекратился, и даже стулья перестали ерзать по полу.
Оушен прикрыл глаза, набираясь терпения, а вот свекровь откровенно оскалилась.
— Бывшего мужа!
В глазах мамы было столько ярости, что, если бы бывшая невестка сидела рядом, наверное, та ткнула ее лицом в зеленое пюре, которое только что подали слуги. Знатная кикимора из нее бы вышла!
Что ж, занятный вечерок предстоит.
Но, учитывая, что мы с Оушеном, вроде как в ссоре…буду делать вид, что мне плевать.
— А на Фаресе принято собирать всех бывших за одним столом? — премило улыбнувшись, я взглянула на мужа.
Оушен, кажется, был готов придушить нас обеих.
— Что ты, дочка! Просто отец пообещал отцу Кики заботиться о ней как о родной дочери, — поторопилась ответить мама.
Кики? Эка я в яблочко попала! Ну точно, Кикимора!
— Только родные дочери не предают семью…— пробурчала себе под нос Аква.
Да что же у них тут произошло?
Бывшая жена одного из четырех моих мужей сидит со мной за одним столом, и ей явно не рады. Только вот и прогнать не могут.
Оушен недоволен происходящим и с трудом сдерживается, чтобы не разогнать этот наш «милый семейный ужин» ко всем чертям – вон как вилка согнулась в пальцах.
Папаша получает удовольствие от происходящего. Эдакий эмоциональный вампир – вокруг него гром и молнии, а ему – просто красиво!
Матушка желает всеми способами угодить мне, даже вон бывшую невестку затыкает по чем зря. Видимо, хочет наследников поскорее, а Кикимора на это, как выяснилось, не способна.
Сестра же вообще готова удушить Кики за какую-то провинность, а меня уложить поскорее в постель к братцу.
Какие милые люди!
— Завтра состоится первое слушание по твоему делу, Ариэль. Очень хотелось бы знать, что ты думаешь об этом.
Я от неожиданности даже ложку выронила.
Неужели так быстро? Но какая разница Фаресу?
— А что! Давай, расскажи нам, как круто трахаться с четырьмя мужиками! — Кики ткнула меня в бок локтем, истерически посмеиваясь.
— Это у нас только ты можешь изменять мужу! — чуть ли не плюнула мама.
