Вскоре наша беседа подошла к концу. И добив бутылку амасека на двоих, я уже поднялся и отправился на выход, после чего вдруг вспомнил кое-что важное и обернулся.
— Господин Бонте, забыл вас спросить: вы же в курсе, о чём Мологост говорил с губернатором на балу?
— Кхм… его интересовала торговля.
— Не просто торговля, — решил надавить я, чтобы выдавить больше информации, а господин Бонте до сих пор думал, что его проверяют достоин ли он стать новым губернатором. Да и его план опьянить меня не увенчался успехом. В результате чего хмель ударил ему в голову раньше и сильнее.
— Это связано с миром ксеносов, который также в нашей системе. Но это лишь слухи, я не уверен…
— Верно. Об этом лучше не распространяться, господин Бонте. И также вы должны понимать, что когда вы займёте пост губернатора, то вам придётся продолжать эти отношения.
— Но, а как же имперские ценности?
— Терра далеко, да и все мы преследуем личные интересы. Не слишком углубляйтесь в эти вопросы. Просто служите во благо династии Килор и ваша власть, богатства и репутация будут расти. Ещё встретимся. Ах, и да, вы понимаете, что о нашем разговоре лучше не распространяться? Ничего не должно указывать на мою госпожу.
— Понимаю. С вами мы говорили об искусстве. О моей коллекции знают все, и что-то вполне возможно понравится вашей госпоже.
Я кивнул и покинул кабинет, а затем и небоскрёб. Уже снаружи, уйдя в переулки, я вдруг понял какой у меня лютый мандраж. Эта затея была безумной, но каким-то чудом она удалась. Хотя я вроде ничего такого и не делал: просто врал, создавал впечатление уверенного в своих действиях наёмника и манипулировал имеющейся информацией.
Прямо как тогда на пересдаче по социологии, когда нужно было убедить преподавателя, что я работал на двух работах. Тогда у меня тоже всё получилось, ведь я изначально выбрал выигрышную стратегию, зная, что препод любит честность. Поэтому я честно ему сказал, что его предмет не очень мне нужен и что у меня совершенно другие цели. Про две работы я конечно соврал, но таким образом создал впечатление честного ученика. Его это подкупило, и он поставил тройку, чем спас меня от отчисления.
Конечно, сравнивать эти случаи было не совсем корректно. Но убедительно врать я умел и как не крути, это мне пригодилось. Скажи чуть-чуть правды, после продай ложь. Формула проста и работала всегда. Однако для чего именно это знание мне пригодилось? Тут тоже всё было просто. Хаос начался, однако культ Детрия могли быстро уничтожить, поэтому мне было выгодно посеять зёрна раздора среди аристократов. Разделяй и властвуй — принцип также известный с древних времён.
Однако при этом Детрию я ничего не сказал и не скажу. Потому что это лишь прелюдия моего рискованного и амбициозного плана. Ведь теперь я мог также влиять на успехи планов наших операций. Те которые будут проходить на территории семьи Бонте будут удивительным образом проваливаться, а доверие Бонте ко мне — расти. В свою очередь, когда будет нужно мне Бонте вместо решительной поддержки примет позицию выжидания, а Детрий вонзится клыками в объекты губернатора.
Виндория и Бонте вероятно никогда не пересекутся после моего предупреждения: что позволит моей лжи прожить больше. Хаос будет продолжаться дольше, а у меня будет больше времени и возможностей. Пусть Детрий думает, что использует меня, а Бонте искренне верит в то, что пользуется Виндорией, пока иметь всех буду я.
А когда я запутаю все карты, нарушу планы всех этих стратегов, то всё окажется во власти случайностей. А случайности уже уровняют мои шансы. В честной игре против таких сильных фигур мне было не выстоять: опыта не хватит. Так пусть всё решит Хаос, где никто не будет ничего понимать.
И хоть мои соперники крайне сильны, хитры и опасны, однако у меня было ещё одно очень важное преимущество. В случае проигрыша я ничего не терял в отличие от них. Поэтому действия мои могли быть самыми наглыми — неожиданными и безумными. Запредельные риски, любые ставки, каждый ход — ва-банк.
Всё только началось.
—
Взрыв оружейного завода всколыхнул Дрейкернор, однако ещё более радикальных действий никто не предпринимал. Во многом благодаря мудрым решениям Детрия, который оказался не так прост, как можно было подумать. Его власть росла, культ расширялся, но несмотря на увеличившуюся нагрузку он справлялся со всеми трудностями.
И самым мудрым его решением стал отказ от накаливания конфликта. Он понимал, что если продолжит устраивать теракты и подрывать заводы, то это вынудит власть действовать максимально жёстко. Также сила власти не увеличивалась: ведь к ней каких-то новых подкреплений уже не прибудет. А культ разрастался благодаря заявлению о себе. Поэтому упор делался на другие города и поселения, где готовились всё новые ячейки.
