Таких я посылал куда подальше. В этот раз моё чутьё мне снова помогло, пусть и не сразу. Пришлось вспомнить наши прошлые беседы с Детрием, даже самую первую. Он уже тогда видел во мне ресурс, который нужно наставить, использовать и затем выжать максимум. Для этого он лично общался, делал вид, что заинтересован во мне. Давал ложное чувство уважения и через исключительность пытался заставить… не знаю, может он хочет, чтобы я на амбразуру грудью прыгнул или ещё чего похуже, учитывая то, что у меня есть какой-то там псайкерский потенциал.
— Великий манипулятор Тзинч… чего ещё стоило ожидать от твоих последователей, — ещё раз усмехнулся я.
Так забавно… знать, что тебя хотят использовать. Это открывало передо мной множество дверей. Но ещё приятнее было понимать, что Детрий не знает о том, что я прочитал его как открытую книгу. Все хотят меня обмануть и поиметь, но время было самому войти в игру. Да, опыта у меня немного, однако разве опыт это не имя, которое мы даём нашим ошибкам? Лучше попробовать, чем потом жалеть об упущенной возможности. Я сам всех поимею или хотя бы попытаюсь: умру и попробую снова.
Нацепив свои отличительные знаки и приведя себя в порядок, я отправился на улицу. Этим миром правили аристократы из военного сословия. И как уже было сказано, среди них далеко не все питали любовь к губернатору. Кто-то откровенно его ненавидел, другие ждали лишь момента, чтобы ударить в спину и возвысится за счёт чужих жертв. Этот раскол играл на руку культу и мне.
Сам я не имел никакой власти, и возвращаться на корабль не собирался. После моей выходки меня там точно прибьют. Виндория не решилась расстрелять меня на людях, однако там наедине меня бы наверняка ждало наказание. Да и в целом врагов среди имперцев у меня хватало: вспомнить хоть случай с ядом. Поэтому я понимал, что если пойду туда, то уже не вернусь.
К тому же был ли смысл мне возвращаться? Ну вернусь, предположим — выживу. Что дальше? Мне там никто не доверяет. Все знают о моём сомнительном статусе и даже корабельный склад с оружием ограбить у меня не получится. Поэтому Детрий и не пытался меня заслать к ним. Выстроить там какую-то личную интригу тоже нереально.
Однако возможности имелись здесь, на земле, в этом городе. Нужно было только подумать, взять ручку и записать пару слов на бумаге, после чего спрятать её себе за пазуху. Одна бумажка, пара слов — вот начало безумной интриги, где ставкой станет моя жизнь: ведь ничего другого у меня не было. Риски были колоссальными, но удача чаще всего улыбается дерзким.
— Стоять, куда идёшь?! — у входа в небоскрёб меня остановила охрана с гербами на броне.
Я посмотрел на них сверху вниз, после чего поправил аквилу и плащ с гербом Килор.
— Я от Виндории Килор, хочу поговорить с господином Бонте, твоим хозяином, — ответил я. После чего уверенно сделал шаг, чем заставил одного из охранников вскинуть свой дробовик.
— Стоять!
— Осторожнее, ещё поранишься, — хмыкнул я, смотря прямо в его глаза.
— Встреча не назначена.
— Я знаю.
— Без…
— Слушай меня внимательно, тупица. Как ты думаешь, почему сюда пришёл я, а не лично госпожа Килор? Очевидно, что встреча не совсем официальная и должна пройти без лишних глаз. А ты и так уже привлёк слишком много внимания. Просто проведи меня к своему господину. Впрочем, если ты такой упёртый и тупой, то ладно, я уйду и передам всё своей госпоже. Но когда господин Бонте узнает о том, что ты меня не пустил и о том какие возможности он потерял…
— Ладно, понял, идём. Просто в городе сейчас неспокойно, сам знаешь.
Как и следовало ожидать, охрана испугалась ответственности. Что же, проникнуть внутрь небоскрёба было не тяжело, как и добиться встречи. Вскоре меня провели в приёмную, и удивлённый господин Бонте впустил меня к себе. Предварительно у меня забрали всё оружие и, конечно же, осмотрели каждую щель, каждый карман и подсумок. Теперь надо было сделать так, чтобы меня тут же не выгнали или того хуже — не повязали.
— Так это не шутка? — нахмурился господин Бонте, когда я зашёл к нему в кабинет.
Он сидел за широким столом и активно перечитывал документы, которые переносил сервитор, ездя между шкафов и иногда забирая документы у помощницы за когитатором. Работа вовсю кипела, ведь господин Бонте владел восьмым по размеру капитализации бизнесом на этой планете. И добился он таких высот во многом благодаря родственникам в суде. Дураком он тоже не был, поэтому с невероятным подозрением смотрел на меня.
Я же спокойно подошёл к нему и достал из подсумка ту самую бумажку. После чего снял с себя вокс-бусину и передатчик, а также взглядом кивнул в сторону когитатора, рядом с которым находилась личная вокс-станция Бонте. На бумажке было написано, что наши силы способны прослушивать вокс-связь и что говорить здесь нежелательно. Таким образом, я переключал внимание Бонте на то, что за нами могут следить и вместе с этим добился разговора наедине.
