И это мучало её всё сильнее, приближая к одной мысли. А что если вдруг я не врал и не магия позволила мне скрыть ложь? Что этой лжи просто и не было, из-за чего даже она со своей силой не смогла разглядеть то, что просто отсутствовало.
Я же в свою очередь действительно не врал. Как забавно, но именно тзинчит решил использовать правду в качестве своего оружия. И именно это стало запутывать всё ещё сильнее, толкая тех, с кем я пытался таким образом взаимодействовать на крайне разительные перемены. Да, с одной стороны я кажется всё делал правильно, ведь... как может быть неправильным желание остановить кровопролитие и замедлить маятник войны? По крайней мере в контексте моей цели.
С другой же... даже сидя в Сумеречной Беседке, вновь продолжив заниматься тихой работой, что умиротворяла мятежную душу, толкаемую сразу во все стороны... я слышал смех. Смех Архитектора Судеб, который был слышен даже здесь...
Ведь чтобы я не делал, я ничего не менял и шёл ровно туда, где он уже подготовил мне шах, что через ещё ход станет и вовсе матом.
– Выход из варпа через три... две... одну...
С грохотом разрывая саму ткань реальности могучий лёгкий крейсер под командованием Фрэнсиса Дрейка вышел из Имматериума, сразу же оказываясь под ударом летящих залпов. Но засияли пустотные щиты и бесстрашные экипаж сразу же дал ответный залп, запуская торпеды и начиная передавать всю мощь на двигатели.
Как только был получен сигнал тревоги, тут же Фрэнсис Дрейк поднял свой немногочисленный, но манёвренный и быстрый флот, и выдвинулся прямиком к миру, что подвергся нападению. Подлые и хитрые друкхари, они продолжали сеять террор и понимали только язык сил. Поспеть за ними привычными методами было невозможно. Застроить всё мира-крепостями – тоже не представлялось возможным без создания тотальной антиутопии.
Однако решать проблему было необходимо и решением не заставило себя ждать. В то время как Высший Совет спорил, Многоликий Король явил свою волю и решимость, воспользовавшись правом избрания диктатора сроком на шесть месяцев. За этот промежуток времени в обход привычных порядков было подписано ряд спорных и очень опасных указов. Однако эффект не заставил себя ждать.
Были сформированы малые флотские группировки, рассредоточенные по всем системами. В результате когда друкхари прилетали вновь, они нападали на систему и сталкивались с сопротивлением. В это же время первого контакта всеми силами группировка старалась помешать грабежу. А из соседних систем уже мчались другие группы. Таким образом в течении пары недель или дней в любой точке могла собраться достойная флотилия, что усложнит грабёж.
Миры же окапывались, готовились к боям и держались столько, сколько могли. Это существенно сократило список потенциально лёгкой добычи для друкхари. Миры-крепости они просто не могли взять из-за сильной укрупнённости. Миры вокруг них и на большой отдалённости теперь получали подкрепление куда быстрее, усложняя полный и основательный сбор рабов, ведь было важно именно захватить их живыми, а непросто устроить резню.
А добивающим решением стала инициатива Дрейка, заключающая в создании корсаров Его Величества. В случае таких нападений отбросы из пиратов и контрбандистов могли заключить контракт, а затем получить щедрую оплату за каждое орудие, каждый корабль, каждую абордажную группу. Вместе с этим им могли даровать даже милость и право быть включёнными в серый список Адмиралтейства.
В результате как только друкхари появлялись, охота начиналась на них. Каждый час, каждый день – огромный риск попасть в окружение и стать уже не хищником, а добычей. И хуже всего было то, что в такие моменты могли среагировать силы самого Многоликого или одного из его эмиссаров.
– Снижаемся! Разорвём их, пока глупцы не добежали до укрытий! – отдал приказ один из корсаров, командующий наземной операцией, пока его архонт расширял контроль над системой и не позволял снять блокаду кораблям Куама, коих было раза в три меньше, как и их шансов на что-то повлиять в ближайшее время.
Его воздушный корабль, что появился из ниоткуда, летел прямо над головами и высыпал десант. Одним за другим рейдеры начинали свою жатву, а огневая поддержка самого командира и судна уничтожало всё, что создавало слишком большие вспышки, будь то просто артиллерия или даже зенитное орудие. И всё казалось довольно успешным, из-за чего стало непонятно почему другие архонты так не любили заходить на эту территорию, что манила своей сладостью незащищённых душ.
Ключевое слово, как несложно заметить "казалось".
– Убейте их всех, – вместо воодушевляющей речи по воксу раздался суровый голос Сиберуса Карфакса, прозванного Кулаком Возмездия.
