И этих слов было предостаточно, чтобы вселить в защищающих свой дом людей уверенность и решимость. Ведь мало кто ныне не знал имени Сиберуса, что был самым ревностным защитником и воплощением ненависти к врагам, что посмели терзать миры Куама. Несомненно жестокий, абсолютно непоколебимый, воплощение самой ярости и жажды мести – он одним своим появлением дал понять миру, что за него будут биться с не меньшим остервенением, чем когда шла битва за коронный мир.
А затем одним за другим захлестали "Плети". Появившиеся вместо с Сиберусом, выехавшие из разломов, они только покинули Кузни Душ, где совместно с Вашторром начались производства новой техники. Всё происходило под контролем Кузнеца Познания Эпсилона и Хранительницы Знания Лорики Элемнтум, что хоть и были ограничены модулями этики, однако были одной из сторон Куам.
Стороной, что была совершенно другого цвета и тянулась в иную сторону, стремясь уйти от центра, но имя возможности нарушить красные черты, что были прочерчены Многоликим и поддерживались теми, кто являлся их противоположностью. Контрастность и умеренность, отсутствие доминирования одного, и не допущение превращения всего в серую массу.
Такова была политика и она приносила свои плоды, становилась причиной новых вызовов и причин к краху, но пока что конструкция держалась. Система работала и совершенствовалась, готовясь разбить все настоящие и будущие преграды и проблемы, с которыми она несомненно столкнётся, как когда сталкивались все государства начиная с Империума и заканчивая Некронтир.
– Мы несём неприятные потери, – произнёс один из корсаров, что находился при архонте на его судне. – Кажется добыча не столь лёгкая и неспроста наши "партнёры" рекомендовали нам напасть на этот мир.
– Я вырежу сердца ублюдков, что ссали мне в уши, – пребывая в некотором едва сдерживаемом бешенстве шипел архонт.
Однако он был слегка в отрыве от реальности, как и все мы. Он отказывался принимать тот факт, что обладая таким флотом и силой, его поход за рабами в Куам может закончиться плохо для него. Он же Архонт, тот кто может даже Крестовые Походы останавливать. Хотя крестовый поход крестовому походу рознь и лучше строить анализ не на пафосных фразах, а хотя бы на том сколько кораблей участвует в этом крестовом походе.
В результате не заметил и странного поведения собственных рабов. Из-за низкой эффективности и упавшего настроения был отдан приказ о пытках, а также казни. Однако эти действия вдруг не сработали, а принесли ровно противоположный эффект.
– Повтори? – произнёс командир стражи архонта.
– Что там такое? – зло спросил архонт, настроение которого и так было хуже некуда.
– У нас... восстание рабов?
Казалось командир стражи и сам не верил в подобное. Как такое вообще могло произойти? Грязные, немытые, без оружия, истощённые, униженные и сломленные они вдруг подняли бунт? А затем ещё и смогли убить своих надзирателей, которые не сумели пресечь подобного? Это звучало немыслимо! Однако когда крики начали доноситься из корабельных туннелей, а отчёты друкхари пополнились новой информацией...
Всё встало на свои места.
В ненависти и злобе преисполнились рабы, защита корабля ослабла, через неё проникнул враг, что затаился. Один за другим рабы сходили с ума, принимая силу Малала, а вместе с тем оказалось, что на них положил взгляд и сам Многоликий, выбравший свой аватар.
Устраивая тотальную резню, я буквально выпускал весь ужас варпа внутрь друкхарских палуб. Собственными голыми руками, что покрылись когтями и чешуёй, рвал в клочьях врагов. Сила моя была ограничена, однако чем дольше шёл бой, тем сильнее слабла защита. Сквозь их письмена проникали пробивающиеся потоки варпа, насыщая меня и других одержимых.
И каждый, кто принимал силу Малала, переставал ценить свою жизнь. В лютой мясорубке, где целью была не победа, а убийство надзирателей, рабы умирали сотнями, скашивались тысячами, но рвались во все стороны. А пользуясь их смертями, действовали одиночки, что обладали куда большим потенциалом и потому по милости Малала проживут чуть дольше, чтобы исполнить месть за других.
– Какого это смотреть в лицо смерти? – прошептал я, входя на мостик и видя за собой тени, что скрывали невероятное число крыс.
В тот момент архонт испугался. По-настоящему, чего не делал уже более семи веков. Его телохранители были сильны, сам он тоже обладал не только инновациями, рождёнными в союзе иннари и друкхари, но и просто невероятно огневой мощью туррелей, что были повсюду. Мостик был настоящей крепостью, в которую я явился без спроса.
Бой был кратким, нас всех уничтожили, не дав добраться даже до личной стражи архонта. Всё же всю силу перенести сюда было крайне проблематично. Однако в этом и не было нужды, ведь главным оружием был страх. Я обратил рабов против хозяев. Спутал их карты, показал цену, которую надо будет заплатить за этот мир.
