Гигантский вихрь объял место бойни, бессчётное число душ разрывалось тварями варпа, но на их место приходили новые. Религиозная доктрина давала о себе знать, как и идеологическая обработка создавала тех, кто даже после смерти готов был продолжать борьбу. Никто из них не знал как и что надо делать, никто не видел конечной цели и не был уверен в том, что всё получится.
Но они шли во тьму и сердца их пылали огнём, а решимость изменить привычный уклад измерялась не словами, но поступками. Поступками, что гремели в физическом мире и продолжали звучать эхом в этой битвы.
– За мной! Осталось ещё немного! – кричал Джон Грамматикус, что без страха вошёл в варп с другими полчищами, понимая что не вернётся назад.
На мгновение он ощутил то, что всегда видел в своём товарище. Прямо Святой Олланий... он возглавлял воинство и на него смотрела как на лидера. И он вёл их, используя все свои знания, хитрость и силу, которая позволяла менять законы реальности. Однако сколько бы боёв не выигрывалось, исход будет решаться лишь одной битвой.
Я продолжал пробиваться вперёд, идя по уготовленному пути. Наваждение отчаяния сгорело в пламени, перестав тянуть меня назад. Более эта сила не возымеет на меня столь же сокрушительного эффекта. И хоть я понимал, что Король Демонов специально давал мне шанс побороть слабость, но от этого в корне ничего не менялось.
С каждым шагом я становился всё сильнее и какие бы трудности не вставали на пути – я их проходил. И пусть кричали мне о лицемерии в спину, но раз за разом я принимал тяжёлые решения, делая правильный выбор. Пусть и приходилось каждый раз чем-то жертвовать, из-за чего меня называли слабым. Но своим принципам я всегда оставался верен, двигаясь к главной цели – сбросить ярмо раба.
Как вдруг ярмо стало слишком тяжёлым.
– Ты такой же как мы... просто врёшь себе...
– Раб Тзинча, лицемерный лжец...
– Где были твои принципы, когда ты игрался чужими жизнями?
Призрачные руки, внутри которых играли всевозможные цвета начали хвататься за ошейник, пытаясь заставить меня упасть на колени, а затем принять позу скотины. Используя невежество и демагогию, они пытались найти уязвимость в моём мышлении. Пытались выставить мои хорошие поступки за плохие, вызывать чувство вины.
Да, я ставил эксперименты над людьми, я приносил в жертву души, я убивал и приказывал убивать ещё больше. Это было правдой, вырванной из контекста по глупости или намеренно? Точно я не знал природы той силы, что воздействовала на меня, ведь сила постоянно менялась.
– Мои земли терзались друкхари, миры пали в их власть... – шипел я, пытаясь сорвать с себя ошейник. – Ценой жизни десятков тысяч преступников, педофилов и маньяков, убийц и насильников... я всех их принёс в жертву, чтобы жили миллионы. И я сделал бы так ещё раз, представься случай. И где же здесь я вру себе? Где лицемерю?!
С криком я начал выпрямляться, а мир вокруг меня стал серыми горами. Хребты без снежных шапок, суровые и беспощадные, они были куда больше меня, выше и прочнее. От битвы с ними затрещали скалы под моими ногами, ноги начали разрезаться острыми краями. Под треск камня я начал уходить вглубь, прямо в разлом, что раскрывался подо мной.
– Лицемер-лицемер-лицемер! – продолжали выплёвывать желчь мерзейшие языки, продолжая тянуть цепи на дно.
– Леонарда спас, а тех предал?!
– Так в чём же разница!
– Разницы нет! Ты дурак!
– Лжец!
– Раб Хаоса!
– Предатель рода людского!
И рывком цепь была натянута, выбивая меня из равновесия. В свободный полёт отправился, навстречу ядовитому газу, что выходил из разлома. С грохотом я упал в бездну, едва не переломав все кости. А цепи уже появились на руках, начиная тянуть их вниз, но в разные стороны. Ноги хлестались кнутом, вырывая мою плоть, лишь бы я уже пал ниц перед их силой.
– В чём разница, неженственные вы твари?! – взревел я, начиная тянуть цепи в обратную сторону и содрогая стены разлома, обрушая ещё больше камней на дно. – Лео был невинным человеком, заслужившим право спасти свою семью!
– ТЫ УБИЛ ИХ!!!
– ПОТОМУ ЧТО ВЫЖИТЬ НИКТО ИЗ НИХ НЕ МОГ!!! И ЛЕО ПОСТУПИЛ КАК МУЖЧИНА, СДЕЛАВ НЕОБХОДИМОЕ!!! А У ВАС НЕ ХВАТАЕТ СИЛ ПОНЯТЬ ДАЖЕ ЭТОГО!!! ЧТО ВЫБИРАТЬ ПРИХОДИТСЯ ИЗ ДВУХ ЗОЛ, А БЕЗДЕЙСТВИЕ РАВНОСИЛЬНО ВЫБОРУ СРАЗУ ДВУХ!!!
И с хрустом оторвались мои руки. Адская боль разорвала душу, что повредилась, однако в тот час я зализал раны. Их речи не могли навредить мне. Вне зависимости от того чьи это голоса, говорят ли они то, что думают или нагло врут – всё едино, их мнение не имеет смысла. Ведь они просто... просто грязь, досадная помеха, обращать внимание на которую не стоит.
Они лишь вредят, пытаются найти во мне отражение самих себя, отрицают реальность и просто равняют всех по себе.
– ВИДАР!!! – взревел Мордред, после чего могучий Рыцарь упал на дно каньона.
