— ТОРКВЕМАДА!!! — взревел я, бросая в его огонь остатки души Лазури.
И воспылав лазурным огнём он подхватил все разрушенные участки нашей души, сделав их своей пищей. Огонь был чудовищной силы и начал словно добивать и Клинок Воли, и меч Слаанеш. Он сплавливал их вместе, а я всё больше и больше силы давал этому пламеню, попутно придавая ему нужную форму.
Рукам и ногами, чуть ли не своими телами остальные отголоски начали пытаться сдержать эти две сущности, толкая их друг на друга и вызывая тем самым ещё большее сопротивление. Ведь чем ближе друг к другу были дары двух разных богов, тем сильнее они хотели разделиться. Убить они друг друга также не могли и потому лишь испытывали ещё большие страдания, а когда вот-вот они должны были бы сломленными…
Словно Молот в них влетела Птичка, нанеся финальный удар, сплотив их воедино и затем начав их оплетать, летая по спирали вокруг двух потоков энергии, что теперь сливались в нечто более однородное. В лазурных искрах разлетелся клинок меча Слаанеш, что заменился на полуматериальное лезвие. Однако в то же мгновение физическая оболочка начала стремиться обратно, сковывая силу Тзинча, предавая ей элегантную форму.
Подобно змее металл тёк по этому клинку, а тот начинал расти, словно пытаясь убежать. В какой-то момент змея превратилась в спираль, длинна которой была с мой рост, а клинок воли стал лезвием этого посоха, внутри которого струилась переменчивая нестабильная энергия.
И хоть это были элементы двух разных даров, но глядя на пурпурные отблески внутри потока энергии внутри полуматериального, словно бы эфирного стержня и клинка, нельзя было сказать, что в нём лишь сила Тзинча. Как и чешуя змеи переливалась всеми цветами. Слившись воедино оба дара вобрали в себя то, против чего боролись, став напоминать инь и ян.
А увлечённые своими разборками Боги даже казалось не заметили этого. А даже если и заметили, то не могли ничего сделать. Слаанеш слишком занята была Люцием. Тзинч в свою очередь оставил Гаргатулота и тоже ушёл по своим делам, будто бы и этот момент был частью его плана. Лишь валяющийся рядом полумёртвый арлекин в ужасе наблюдал за рождением чего-то неправильного и противоестественного.
И именно на нём я решил проверить своё новое оружие, перехватив посох-копьё поудобнее и нанеся удар прямо в сердце. Эфирное лезвие оказалось достаточно плотным, чтобы легко разрезать и плоть, и броню. Кроме того и ментальный урон был колоссальным, ведь тот час оружие поглотило душу.
Я же начал чувствовать посох куда лучше, после чего усилием воли начал выкачивать энергию, заставляя эту душу идти ко мне. И из-за того, что оба дара не могли оторваться от борьбы друг с другом, мне удавалось крайне эффективно влиять на них, заставляя делать то, что надо мне, а не им. В результате душа арлекина была брошена прямо в пламя Торквемады, которое начало сваривать трещины.
— Сработало? — удивился Мордред, глядя на проекцию дивного оружия, что теперь было на месте Клинка Воли. — Он… изменился… Но ещё не могу сказать в чём именно это изменение.
Эти же детали меня пока что не волновали. Тзинч мог сколько угодно унижать меня, ставить на колени, но с каждым разом я становился всё сильнее и рано или поздно я найду способ его переиграть. А другим Богам я свою душу просто так тоже не отдам.
Но и воевать с самим Хаосом я тоже не собирался, ведь каждый его представитель не был моим врагом. Он был соперником, который по сути своей уже был крайне похож на меня. И раз уж эти скромные дары мне удалось подчинить, то… есть все шансы, что я смогу справиться и с другими.
— Гаргатулот! — взревел я, стукнув по полу посохом. — Пусти меня и дай добраться до Люция!
И Гаргатулот не стал спорить, а в стене из перемен образовалась брешь, через которую я уже видел Иврейн и горстку оставшихся защитников.
— А НУ ПРОЧЬ РУКИ ОТ ЛЮЦИЯ, НЕ НАДО УРОДОВАТЬ ЕГО ЕЩЁ БОЛЬШЕ!!! — с криком я бросился через проход созданный Гаргатулотом и на пути моём осталась лишь горстка защитников Иврейн, большая часть из которых не могла меня остановить.
Вновь загремела гравитационная пушка, полетела плазма и потоки мельты, и лишь вымотанная и отступившая для группировки Лелит Гесперакс, тяжело дышащая и лишённая уха в явно неравной схватке с Фулгримом, стояла на моём пути. Ну и ещё одна суккуба, а также шесть ведьм, которые были по большей частей массовкой.
Нет, каждая суккуба была по сути своей крайне опасным воином, способным убить даже магистра ордена астартес и это не пафосное преувеличение. Ведь в улучшениях своих тел и оттачивании мастерства друкхари тоже заходят крайне далеко, как и в целом их анатомия уже на базовом уровне на голову выше людской. Но всё же после боя с Детьми Императора… они все были вымотанные, уставшие, а Лелит же и вовсе явно забыла, что магистров ордена хоть и убивала пачками вместе с орочьими воеводами, но демонический примарх… это уже реально полубог или даже бог, хоть и несравнимый с Тёмными Богами.
