— Дело точно не в этом, — понял мой вопрос Зак, отрицательно качая головой и скрещивая руки на груди. — Странно то, что её состояние намного лучше, нежели у любого другого жителя фракции. Складывается впечатление…
Он на мгновение замолчал, подбирая слова и задумчиво пожёвывая губы. Я поднял глаза, выжидающе глядя на него, хоть уже сам понимал, к чему клонит товарищ.
— След Апфера в её организме не такой чёткий, как у остальных. При обычном применении. Складывается впечатление, что она иногда его вовсе не употребляла, — оправдал мои догадки Зак.
Каждая мышца в моём теле напряглась, на долю секунду обнажая эмоции, бушевавшие внутри. Я кивнул, быстро пролистывая отчёт до самого конца.
Справа резко опустилась ручка двери, за которой сегодня ночевала виновница моего скорого конца, и мы Заком в тот же миг замолчали. Желание достать ключи и задать Нее несколько вопросов явно обуревало меня всё сильнее.
— Остальные результаты, в том числе и по поводу… хм… вашей проблемы, будут уже только через несколько дней, — уже тише произнёс Зак.
— Займись ей, — мой голос прозвучал слишком резко. Я стремительно развернулся, направляясь прочь от злосчастной двери, которую самолично предусмотрительно и закрыл на ночь.
Времени, чтобы всё уладить и осуществить, было крайне мало. А таймер на запястье совершенно не обнадёживал, заставляя меня действовать куда более решительно. Сейчас стоило сосредоточиться на встрече с посланцами, разговор с которыми обещал принести лишнюю долю напряжения в общую массу всех сложившихся проблем. Только вот образ Неи Росс никак не выходил из головы, пока я размашистым шагом следовал по коридору базы.
Проходящие мимо товарищи учтиво кивали мне в приветствии, но всё же предпочитали молча отводить глаза при виде моего недовольного лица.
В моей памяти прокручивались воспоминания того проклятого вечера, который в корне изменил мою жизнь и значительно укоротил её срок. Я вспоминал всё до мельчайших деталей, стараясь найти нужные подсказки.
— Что же ты скрываешь, Нея Росс? — тихо прошептал я.
Картинки мелькали словно в замедленной съёмке. Вот дверь зала резко распахнулась, и девушка замерла при виде меня. Рука с ножом поднялась к горлу, а оливковые глаза испуганно расширились. На её лице был отражён неподдельный страх. И либо это было следствием дымовых гранат и напоминанием о пережитых ужасах войны, либо живыми эмоциями, не прикрытыми пеленой Апфера.
По всей видимости нас с Неей ждал не самый приятный разговор, избежать которого было просто невозможно.
Я вошёл в широкую столовую, залитую мягким светом, проникающим сквозь стеклянный потолок. Такие «окна» были на базе повсюду, как лишнее напоминание, что мы не сидим в подземном заточении. На тот случай, если офицеры фракции окажутся близко, каждое из открытых пространств могло быстро замаскироваться специальным механизмом, полностью сливающимся с дикой природой.
За самым дальним столом сидели двое коренастых мужчин: Фридрих и Гейл — самые преданные люди Эмануэля и Катарины. Оба были одинакового телосложения, роста и даже внешне имели множество сходств: русые волосы и голубые глаза. Вот только каждый был полной противоположностью другого. Если первого можно было назвать импульсивным ублюдком с завышенным самомнением, то второй, Гейл, представлял из себя образ чистоплотного интеллигента.
Вокруг слышался заливистый смех и разговоры жителей базы, и никто не обращал внимание на то, как переглянулись мы с посланцами, стоило мне подойти к их столу. Фридрих зажал зубочистку между зубов, протягивая мне руку для приветствия. Гейл последовал его примеру, повторяя жест и учтиво кивая при этом головой.
С каждым днём осуществления плана общая нервозность лишь нарастала, и я намеренно решил не переносить эту беседу в более официальную обстановку, предпочитая обсуждение вопроса в столовой. Возможно, даже повлияла старая привычка и то, что рассказывал мне в детстве отец.
Много лет назад, когда мне ещё было лет семь, он часто читал мне старые истории о правителях, живущих в разные времена. Я особенно запомнил короля Артура, который решал все вопросы за столом. Вспоминая слова отца сейчас, я даже припоминал байку, что так, отведав еду хозяина дома, выказывалось доверие к нему и укреплялось сотрудничество.
— Итак, — произнёс я, подвинув к себе чашку чёрного кофе, и медленно сделал глоток, давая несколько секунд парням на то, чтобы продолжить самим этот диалог.
Я мог лишь догадываться о том, какие указания они получили от Эмануэля и Катарины, и не спешил выкладывать свои карты на стол.
— До нас дошла информация, что всё пошло не по плану, — начал Фридрих, с прищуром наклонив голову и крутя в пальцах всё ту же зубочистку.
Я равнодушно приподнял бровь, откидываясь на спинку стула, и так же спокойно сделал новый глоток бодрящего кофе.
Убил бы сейчас того, кто додумался насыпать мне так много сахара.
— Что вы всё провалили, и нам необходимо придумывать новый план, как достать образцы, — продолжил Фридрих, не двигаясь и исподлобья следя за моей реакцией.
