«Находи рычаг для воздействия на всякого человека. Это искусство заставить людей действовать будто бы по их собственной воле. Здесь важнее умение, чем решительность. Ты должен знать, как подступиться к каждому. У любого поступка, любого волевого акта есть свой мотив, а уж каков он — зависит от индивидуального вкуса. Все люди склонны сотворять себе кумиров — для кого-то это слава, для других — эгоизм, своекорыстие. Умение состоит в том, чтобы знать всех этих идолов и заставить их служить себе. Зная побудительные мотивы человека, ты тем самым получаешь ключи к его душе».
Бальтазар Грациан
В игре на человеческих слабостях скрывается серьезная опасность: можно вызвать к жизни процессы, над которыми вы не имеете власти.
В играх власти всегда следует просчитывать и планировать несколько ходов вперед. При этом вы исходите из посылки, что окружающие более эмоциональны и неспособны к подобной предусмотрительности. Но если вы воздействуете на их уязвимые места, на области, совсем им неподконтрольные, вы рискуете вызвать к жизни такие проявления эмоций, которые разрушат ваши планы. Подвигая робкого человека на решительные действия, вы вдруг видите, что он заходит слишком далеко; удовлетворяя потребность во внимании и поклонении, обнаруживаете, что ваш объект преисполнен теперь такой самоуверенности, что отбрасывает вас прочь. Беспомощность, инфантильность оборачиваются агрессивностью по отношению к вам.
Чем больше та или иная слабость замешана на эмоциях, тем больше потенциальная опасность. Поэтому не забывайте о пределах, которые требуются в этой игре, старайтесь ни в коем случае не увлекаться, подчиняя свою жертву. Ваша власть над жертвой не должна опьянять, она — не самоцель, а способ добиться чего-то большего.
Формулировка закона
Тем, как вы преподносите себя, часто определяется то, как с вами обходятся. При длительном общении, показав себя вульгарным или серым, вы не сможете добиться уважения. Ведь король уважает себя сам и вызывает то же чувство у окружающих. Держась уверенно и величаво, вы показываете тем самым, что носить корону — ваше предназначение.
В июле 1830 года в Париже вспыхнула революция, в результате которой король Карл Х был вынужден отречься от престола. Комиссия, составленная из лучших умов страны с целью назначить преемника, назвала Луи-Филиппа, герцога Орлеанского.
С самого начала было понятно, что Луи-Филипп будет королем совершенно иного типа, и не только потому, что происходил из другой ветви королевской семьи, или потому, что не унаследовал корону, а получил ее, что ставило под вопрос легитимность его царствования. Причина была в том, что он не любил пышных церемоний и внешних атрибутов королевской власти. У него было больше друзей среди банкиров, чем среди дворянства. Он не собирался создавать новый свод королевских законов, как Наполеон, но хотел понизить свой статус, чтобы приблизиться к бизнесменам и представителям среднего класса, которые и призвали его на престол. Поэтому имя Луи-Филиппа стало ассоциироваться не со скипетром и короной, а с серой шляпой и зонтиком, с которым он горделиво прохаживался по улицам Парижа, словно буржуа на прогулке. Когда Луи-Филипп пригласил Джеймса Ротшильда, крупнейшего банкира Франции, к себе во дворец, он принимал его как равного. И в отличие от любого из предыдущих королей он с удовольствием говорил с месье Ротшильдом о делах, потому что любил деньги и накопил изрядное состояние.
