— Саня берём этого – орёт Слива.
Четвёртый, он лежит без сознания на полу, хватаем его, ставим на ноги и так же кидаем в пар. Пипец, только писк и всё, он не орал, просто так и остался лежать под вырывающейся струёй. Здоровяк и тот, которых окатило первыми так и катаются, и орут по полу. Отчётливо пахнет испражнениями и какой-то кислятиной, да у них вон всё тело пузырится, итить, я такого ещё не видел. Наконец, сначала затихает один, а потом и здоровяк, на них страшно смотреть. Все четверо обварились, вернее сварились заживо. Как-то не по себе стало. Хотя чё их жалеть, они на нас сами нарвались.
Вон к трубам подбегает Бозе и начинает крутить какой-то кран. Через несколько секунд пар из трубы вырываться прекращает.
Мы стоим, тяжело дышим и оглядываемся. Тут и там вижу десятки глаз, устремлённые на нас, но никто больше к нам не идёт. Мелкий вон только застонал и заворочался.
— Ну всё, хана тебе – орёт Слива – Саня держи его.
В груди дикий адреналин, подлетаем к мелкому, тот уже пришёл в себя. Хватаю его за шкирку и ставлю на ноги. Он лёгкий пипец.
— Я тебе обещал колени назад вывернуть? – орёт ему в лицо Слива.
А у того глаза с чайные блюдца и напуган он – мама не горюй, пытается что-то сказать, но тут Слива делает шаг назад и бьёт ему своей ногой прямо ему в левое колено. Раздаётся противный хруст и следом за ним нереальный крик боли. Мелкий виснет у меня в руках. Орёт не переставая, отпускаю его, тот падает на пол держась за ногу и продолжая орать на весь трюм. Я даже и не думал, что этот человечишка может так орать, у меня прям уши заложило. Наклоняюсь к нему, хватаю за голову и одним рывком ломаю ему шею, всё, готов, теперь он точно труп и тишина, только двигатель под палубой работает.
Снова оглядываемся, никого, все только на нас смотрят, вон из-за труб и всяких перегородок выглядывают глаза.
— Пошли отсюда – говорю поняв, что на нас больше никто не нападает – картонки возьмите.
Кали и Бозе мгновенно собирают все наши картонки, и мы идём почти что в другой конец трюма. Те, кто у нас на пути мгновенно исчезают. Даже вон несколько крепких Укасов и Архи и то, быстренько свалили. Слива идёт и шипит на всех сжав кулаки, адреналин прёт, мы на взводе, вот только рыпнетесь ещё кто-нибудь. Хотя если на нас щас навалится побольше народу, хрен отобьёмся, но никто не рыпается.
Находим себе небольшой уголок, тоже под трубами. Бозе сбегал и быстренько принёс ещё несколько картонок, вместе с ними железную банку с водой, думаю на месте этих четверых всё взял. Напиваемся, адреналин отступает, успокаиваемся.
— Спасибо – снова говорит нам Кали.
— Мы ваши должники по жизни – добавляет Бозе.
Я киваю.
— Фигня вопрос – потирая свою скулу куда ему попал здоровяк отвечает Слива – теперь главное, чтобы охрана нас не наказала.
Прошёл час, потом ещё несколько. Сквозь трубы мы видели, как в трюм спустилось трое Архи охранников, увидели трупы. Они на кого-то орали, потом пинали ближайшего мужика, тот показал в нашу сторону, потом снова пришёл тот Укас, командир или кто он там. Покачал головой, что-то негромко сказал охранникам, те вытащили из толпы двоих щуплых мужиков и заставили их вынести из трюма тела этих пятерых, потом они вытащили ещё троих, это те несчастные, которые не пережили эту ночь. Потом охрана ушла и всё стихло.
Ещё через два часа снова принесли еду, поели, нам никто ничего не говорил, как будто ничего и не произошло, как будто всё, так и надо. Ну подумаешь восемь трупов из трюма вытащили, бывает.
Стемнело, а мы всё плывём. Мне это плавание уже поперёк горла, но выбора нет.
19 апреля.
Проснулся я от криков чаек.
— Земля рядом – обрадованно сказал Бозе – чайки.
Я киваю и улыбаюсь. Да, чайки — это первый показатель, что берег рядом, значит мы уже почти на месте. Но вот что нас там ждёт?
— Пожрать бы – опять завёл свою песню Слива.
Кали и Бозе смеются.
— Не, ну а чё? – оправдывается Слива – у меня молодой растущий организм.
— Можно вопрос? – спрашивает Кали.
Киваем.
— Мне дико интересно, а вы кто друг другу? – показывает на нас поочерёдно пальчиком – просто друзья?
Улыбаюсь и отвечаю.
— Он мой личный телохранитель, начальник моей охраны и мы больше, чем друзья, можно сказать, мы братья, хоть у нас и матери разные.
Кали с уважением кивает, а Бозе аж присвистнул.
— Это точно – крякает Слива – в каких только переделках не бывали. Так дадут нам пожрать или нет?
Снова смеёмся.
Раздаётся гудок нашего корабля, за ним ещё парочка.
— Точно сейчас причалим – прислушиваясь говорит Бозе.
Чую, как наш корабль снижает ход, чайки орут не переставая. Их там прикармливает что ли на корабле кто? Или ещё какой корабль с рыбой рядом?
Причалили мы минут через 40, прям раз и движки стихли, не, чё-то там либо под палубой, либо за переборкой гудело, но такого шума, как когда мы плыли уже не было. Ещё минут через 30, в трюм снова с цепями и наручниками в руках пришло человек 20 Архи.
