Посмотрев с мостика вниз, мы увидели, как в носовую орудийную башню занырнули Вар и с ним ещё двое человек. Через минуту пушка развернулась в сторону того катера, направо. Смотрю в бинокль, там вон аж три Архи так же стоят на борту и смотрят в бинокли на нас, Слива опять им факи показывает, те в ответ кулаками грозят, как дети. На катере увидав, что пушка развернулась в их сторону, тут же скинули скорость.
Выстрел. Недолёт, секунд через 20 ещё выстрел, снова недолёт.
— А я говорил, что на ходу и по движущей мишени не так просто попасть – снова вздохнул штурман и прикурил сигаретку – сейчас они те два корабля дождутся и примутся за нас уже всерьёз.
Меня если честно поразило его спокойствие, об этом он говорит так, как будто мы в гости едем. Вот же чувак непробиваемый. Катер отстал от нас ещё больше, но без бинокля мы его видели. Полоса всё ближе и ближе. Потом практически одновременно появились два корабля с двух сторон. В бинокль я видел, что они идут нам на перерез на полном ходу. Снова маты из рубки, мы снова дали полный ход.
А спустя ещё несколько минут с кораблей стали уже стрелять по нам. Жахнули сразу из всех пушек. И вот тут начался конкретный жим-жим. Я хорошо помню картину, когда видел, как такие же корабли расстреливали тот корабль. Тут один снаряд прилетит на палубу, сразу полные штаны будут.
— Все с палубы внутрь быстро – взревел матюгальник голосом капитана.
Мы тут же ломанулись в рубку. Там сразу увидели злющего капитана. Глаза горят, борода почти дымится, орёт опять. Тихонько встали в сторонке и смотрим в щели, которые в окнах оставили.
Все их выстрелы прошли мимо, дальше, левее, правее и достаточно далеко от нашего корабля. Капитан ещё зигзаг какой-то сделал. Конечно, это не машина, но мы отчётливо почувствовали, как резко взяли левее.
Стоим как дураки и не знаем, чё делать. Открыла огонь наша кормовая пушка, носовая снова стреляет. Идёт перестрелка. А их снаряды всё ближе и ближе. По курсу вон хорошо так шарахнуло, и мы на полном ходу влетели в дым от взрыва. Мля, так ведь и попасть могут.
— Жмите млять – шепчет Слива.
Полоса вон она, почти рядом. Преследователи уже ближе.
— Ложись – заорал штурман.
Падаем на железный пол рубки. Тут же слышим, как по корпусу нашего корабля стали попадать пули и только потом до нас долетел звук выстрелов пулемётов. Смотрю сквозь щели, вижу, как большинство пуль уходит мимо, как на воде тут и там вздымается куча фонтанчиков. Бац, на нас посыпалось стекло, ещё одно окно разбили.
— Спокойно – лёжа с нами и улыбаясь сказал штурман – эти пули нам не помеха. Лупят от бессилия. У нас сейчас оба движка работают, ход почти одинаковый.
— Свалите на хрен отсюда – повернулся к нам капитан.
Вот же мля, ноги в руки и из рубки. Что будет, когда у нас снова перегреется один из двигателей, в общем об этом я старался не думать. Полоса вон уже, там громыхает и сверкает во всю.
Спустились ниже, под рубку, это помещение немного над палубой, так что круговой вид нормальный. Тут четыре мужика с тремя пулемётами, короба с патронами по углам стоят. Мужики, немного присев, так же смотрят в щели окон. Вон эти корабли, сначала вижу, как из их пушек вылетает дым, потом пламя, потом где-нибудь сбоку от нас влетает в воду и взрывается снаряд и только потом доходит звук выстрела.
Выстрел, снова стреляют наши пушки, по нам тоже. Один из снарядов взорвался рядом с бортом и нас окатило волной.
Потом бах, и я прям задницей почувствовал, как по нам попали. Да все почувствовали, вскакиваем. В носовую башню попали, но попадание она выдержала.
— Бегом к пацанам – заорал я во всё горло.
Второй раз повторять не пришлось. Бегом из этой комнаты или чё это такое, леера, прыгаем вниз на палубу прям через них. Хорошо, ноги не сломали. Мля, только бы живы все были, только бы живы.
Тут в башне открылась дверь и из неё вывалился один из мужиков. Держится руками за уши, вижу, как из левого уха у него идёт кровь. К нам уже бегут ещё люди. По нам снова стреляют из пулемётов. Падаем на палубу и ползком к башне.
Вижу, как за мой пулемёт, ну из которого я стрелял, в его кресло прыгает один из матросов, ствол вниз и как дал. Естественно большинство пуль ушло в молоко. Внутри башни копоть, дым, все орут. Вон второй чувак, его уже Вар к выходу из башни тащит, тот без сознания.
— Живой? – ору во всё горло.
Тот не слышит, тащит чувака. Успел пощупать ему пульс на шее, есть, живой. Хватаем их троих и тащим вниз. Вар и тот первый тоже потерянные, но в сознании хоть, хорошо их там приложило. Успеваю заметить, что снаряд попал в основании башни, думаю, что она уже точно крутиться не будет, так и застыла в крайнем правом положении. Прибежала одна из девушек, которая помогала в лазарете той тётке.
Но мы пока тащили, уже сами осмотрели тех троих. Ранений нет, только сильная контузия и у того первого левая барабанная перепонка лопнула. Оставляем мужиков в лазарете, сами в большую каюту рядом. Набились, ту и Лицу, и Карт, и Буба, и ещё мужики, все с оружием, кое-кто мокрый. И тут по внутренней связи раздался голос капитана.
