Учитель вон назад к нам вернулся минут 10 назад. Он и так тощий, а тут прям щёки у него аж ввалились. Сказал, что дети уснули, потом он начал есть сам и заснул прям за столом с ложкой в руке. Видать, его-таки накрыло нервное напряжение, которое он испытал за последние дни. Все, кто в этот момент были в столовой, разом прекратили шуметь, потом двое ребят его взяли как можно аккуратней и понесли в каюту, ему тоже нужно поспать. У него больше было ответственности за детей, и переживал он думаю гораздо больше. Я видел, как он над ними кудахчет, как на причале как мог прикрывал их собой и подгонял, и вообще, всячески старался им помочь, вот и вырубило чувака. Пацаны, его когда на руках несли, он даже не проснулся, пока его не вынесли из столовой, никто не издал ни звука, потом снова начали греметь ложками.
Потихоньку все начали расползаться по спальным местам. Столовая как-то начала пустеть. Слива вон тоже сидит красные глаза трёт. Братья тоже пошли покемарить, всё-таки ночка у нас была более чем.
— Иди спи – сказал я ему.
— А ты?
— В рубку схожу и приду.
— Но тогда я спать – кивнул он – каюту нашу помнишь?
— Да.
Отнеся мою и свою посуду на раздачу и поблагодарив женщин, Слива, широко зевнув, пошёл дрыхнуть. Мы себе одну каюту отжали, двухместную. Хотя если честно, кают тут хватало, так что будем спать в относительном комфорте.
— Девочки спасибо – громко произнёс я на всю столовую поднимаясь из-за стола.
— На здоровье – вымучено улыбнулась мне девушка, забирая грязную посуду.
— Идите поспите, тоже ведь устали.
— Сейчас, сейчас, – закивала она – надо порядок навести.
Все устали, очень, тут и нервы, и переживания, как обычно бывает, после этого отходняк. Вон мужик какой-то заснул прямо за столом. А, так это один из тех 4 бывших рабов. К нему подошёл Солич, толкнул его, потрепал за плечо, и они уже вдвоём пошли на выход. Я же направился в рубку.
В рубке уже навели порядок, забили разбитые окна. За штурвалом молодой паренёк, штурмана нет, капитан стоит на мостике с биноклем. Вышел к нему через другую дверь и вздохнул полной грудью морской воздух. Хорошо, дышится легко.
— Ну как вы? – спросил я у него.
Мне почему-то его на Вы захотелось называть. Внушал он какое-то уважение и доверие. Да и братья говорили, что не трусил и дрался, и стрелял в противника, и людей таскал, и прикрывал, да и пацаны его тоже не трусили. Хотя, чему я удивляюсь, они одна команда, наверняка не один раз в море были и много чего вместе пережили. Я, кстати, до сих пор не знаю, как его зовут. Мы как-то стали его называть капитан и всё. Да все его так зовут.
Он стоял с биноклем, смотрит вон куда-то, вернее обозревает окрестности.
— Вон там – не оборачиваясь сказал он мне, оторвав бинокль от глаз и показывая рукой – наш дом. Километров 100 до берега, там среди небольших островов – он сделал жест рукой как змею показывают – шлёп, шлёп и дом.
— Вы же знаете, у нас другая цель.
— Знаю – кивнул он – просто говорю. Ты прав Саша, нам нужно к вам. Эти здоровые хлопцы – он усмехнулся – как называет их Слива – рассказали нам кто вы и откуда.
Ну да, мы же в их деревне им тоже рассказывали из какого мы мира и что у нас там к чему.
— Так что идём к вам – продолжил капитан – а потом уже будем думать, как доставить всех домой.
— Доставим обязательно. Как рука?
Он посмотрел на свою левую перевязанную руку, немного пощупал её, еле заметно сморщился и ответил – фигня, заживёт, как на собаке.
— Вы бы поспали, вроде спокойно всё, а путь неблизкий.
— Посплю, позже. Сейчас ребята с движком закончат и посплю. Иди отдыхай, мы ещё подежурим, потом выспимся.
Ещё раз вздохнув, я пошёл вниз. Поворот, спуск, лестница, ещё поворот. В коридорах пусто, народ дрыхнет. Ещё один поворот и вот наша каюта. Потихоньку открываю дверь и захожу. Слива вон уже свернулся калачиком и дрыхнет. Скинув ботинки и куртку, ложусь на соседнюю койку. Мне кажется, я заснул ещё до того, как моя голова коснулась подушки.
Глава 5.
Александр. 1 мая. Утро. Корабль.
Плывём, или как говорят моряки, идём, уже 4-й день. По расчётам нашего штурмана, который оказался весёлым и компанейским пареньком, до полосы нам осталось несколько часов хода. За эти несколько дней плавания, на нас никто не напал, не преследовал и наблюдателей парапланеристов мы не видели.
Я боялся произносить вслух. Но неужели пронесло? Неужели мы вырвались, и преследователи просто не знают где нас искать.
Народ вон тоже весёлый по кораблю ходит, дети стайками бегают, девушки на камбузе весело хохочут.
Я стою на носу корабля после плотного и вкусного завтрака и смотрю вниз, смотрю как форштевень как нож режет волны. Погода просто замечательная, где-то плюс 23-25, ветерок приятно обдувает лицо. Наблюдатели на своих местах, то и дело смотрят по сторонам и за небом в мощные бинокли.
Все эти дни мы спали, ели, отдыхали, да много чего было. Ещё раз всё мыли, капитан-таки нагрузил нас работой, чтобы, как он сказал, жирком не начали заплывать, и корабль ему показался грязный.
