— Ещё вопрос – я вспомнил что хотел спросить – рация, что тут на корабле на сколько добить может?
— Это не ко мне – ответил парнишка – идите в радиорубку.
— А где она?
— Прямо по коридору, вторая дверь направо.
— Спасибо.
Поблагодарив его и поправив висевшие у нас на плечах автоматы потопали в радиорубку. Ещё не доходя до неё, почувствовали крепкий такой запах палёной изоляции. Заглядываем в небольшую каюту, вернее в эту радиорубку.
Она небольшая, метра 4 квадратных, стол, над столом полка, тут и там какие-то ящики, сильно смахивающие на рации, хотя если честно, корабельные рации я никогда не видел, но думаю это они.
Слива молча пихнул меня рукой показывая на две большие пулевые дырки в переборке от крупнокалиберного пулемёта. Проследив путь пуль, понял, что они прошли сквозь ящики, висевшие на стене, мля, если ещё без связи остались, вообще весело.
Из-под стола торчит задница.
— Э-э-э, привет Маркони – выпалил я первое, что пришло мне на ум.
Задница начала шевелиться и вылезла из-под стола. Её владельцем оказался мужик лет 45-50, кажись, он тоже из рыбаков этих.
— И вам не хворать – ответил он нам вытащив перед этим изо рта отвёртку – что, со своими хотите попытаться связаться?
— Ага или хана? – я кивнул на ящики.
— Только коротковолновая есть – встав он хлопнул рукой по небольшой рации, стоявшей на углу стола – у нас и антенны сбило, и сами уже видите – он так же, как и я кивнул на дырке в переборке.
— А коротковолновая это сколько? Ну, на какое расстояние?
— В таких условиях как сейчас – снова кивок в сторону иллюминатора – 10, ну 12 километров, дождь, шторм, не больше пяти.
— Млять – выдали мы со Сливой практически одновременно.
— Ничем не могу помочь, мужики – как бы извиняясь и разведя руки в стороны сказал он – я эту-то еле починил, тут пулями всё разбило. Всё новое нужно.
— Понятно – ответил я – ладно, спасибо.
Потом пошли к двоим наблюдателям. Два человека так же стояли на носу и на корме корабля и в бинокль наблюдали и за морем, и за небом. На всякий случай я их предупредил, что могут появиться либо самолёт, либо вертолёт. Объяснил им что это такое, они такой техники и не видели никогда, оказывается. Чем чёрт не шутит, может наши летать будут и заметят нас, с вертушкой или самолётом-то мы наверняка свяжемся, мощности рации хватит.
Прошло 5 или 6 часов. Так же штиль, всё вокруг тихо, ни облачка на небе, и в небе никого нет. Открытое море. Эх жалко, радар не работает. Мы и поспали по паре часиков, и поели, и порядок навели после этого боя в море, щепок, битого стекла и разбросанного железа хватало. Воду из трюма тем временем откачали полностью, проверили упоры, закрепили там ещё что-то, вода больше не поступала.
Несколько мужчин пытались починить башню, в которую попал снаряд, бесполезно, заклинило её намертво. Ну ничего, домой придём, там пацаны Рифа разберутся. А корабль — вещь, Риф его точно себе оставит, у нас такие строить не могут. Будет у нас тут одна единица, на этом море.
Ведь в водном мире кроме катеров и водных мотоциклов ничего нет. Всё в Речном. Хотя Туман уже давно говорил, что надо в Водный мир Антарес наш переправить. А может добытчики ещё какой-нибудь большой корабль из своего облака вытащили. Мысли как-то сами собой начали возвращаться к дому, Светка, Булат, пацаны, сервис, оазисы.
У меня прям с каждым часом настроение всё лучше и лучше становилось. Неужели вот уже? Неужели скоро мы будем дома и все эти безумные приключения кончаться?
— Слива, когда нас свистнули? – спросил я у него.
Тот стоял, облокотившись на леера и снова смотрел на воду.
— 14 апреля кажется.
— Ага, а сегодня по нашему календарю?
— 1 мая. Две недели.
— Обалдеть, как один день, ну почти, а приключений.
— Как на всю жизнь – перебив добавил он, засмеявшись – у нас вообще приключений много.
— Ох не говори – покачал я головой.
И тут сверху рубки прокричал наблюдатель.
— Цель надводная, справа, идёт с нами на пересечение курса.
Мля, мож наши кто? Хватаем со Сливой бинокли и начинаем смотреть в ту сторону. Ещё вон народ высыпал, кто с биноклями, кто так стоит смотрит. Далеко, непонятно, что за корабль.
— Ваши? – рядом появился капитан.
— Непонятно – отвечаю я, не отрывая взгляда от бинокля.
— Боцман, боевая тревога – закричал капитан так, что я аж вздрогнул.
Сам он тут же побежал в рубку. Стоим и до боли в глазах смотрим в бинокли, залезли на рубку, хоть на несколько метров, но выше. Когда мы рассмотрели корабль спустя какое-то время, у меня аж всё внутри похолодело.
— Эти уроды опять – зашипел Слива – как? Как млять?
Я еле сдержался, чтобы не заорать, закрыл глаза, глубоко вздохнул, выдохнул и сказал.
— Видимо, они все за нами в Полосу ломанулись. Этот её прошёл.
— А третий где?
— Без понятия, может утонул, может заблудился.
По палубе забегал народ, снова тащат пулемётные ленты, щиты какие-то ставят, пулемёты готовят. Слетаем с рубки и в неё. Капитан снова за штурвалом, то и дело косится то на компас, то на корабль этот в бинокль.
Да, это брат близнец нашего корабля и мы его видим, далековато правда до него.
