сенняя пора судьбы восседающего на троне мужа украшает цветник верховной власти эволюцией девственного духа и способствует росту славы таинственных творцов существования и Божественности. Возрадуются же те, чьё наслаждение мистическим садом превышает восторг почитателей материальных цветов земной весны. Хотя в основу этого манускрипта Божественного восхваления заложено описание чудесных проявлений земной удачи, служащей украшением слов и придающей им яркость, всё же проницательная и мудрая душа не сможет создать бальзам абсолютного познания беспредельного духовного правителя даже с тысячью факелов Божественного содействия. Обладают ли в таком случае рука, перо, бумага и чернила достаточной силой, чтобы выполнить эту великую задачу? Однако если уж есть талант, благоволит судьба и сложились обстоятельства, выпущу я маленькую струйку воды из глубокой реки, дабы оросить опалённые души пустыни исканий и озарить великолепные палаты лучами светоча зрения и, таким образом, осветить погрязших во тьме мужей нашего времени. О ты, чья удача дремлет, если чувствуешь, что не по силам тебе внутреннее зрение, используй внешнее — оно зависит лишь от твоей собственной воли. Так почему же не откроешь глаза и не посмотришь на скрижаль деяний Хедива Мира? Коли не в состоянии ты созерцать сие вместилище святости, почему бы не прекратить тебе читать о жизни тех, кто близок к возвышенному Двору? Если по злому року и от преобладания эгоизма над мудростью ты не можешь сделать этого, взгляни на сей труд судьбы («Икбал-наме», то есть «Акбар-наме»), дабы святое благословение сего уникального и несравненного правителя даровало тебе озаряющий луч. Если внутренняя тьма закрывает своей пеленой твой земной взор, последуй примеру преданных судьбе мужей и посредством чудесных знаков познай высокое положение Властелина Мира! Подвиги, которые в былые времена с трудом свершали могущественные принцы, поныне с лёгкостью являют слуги Его Величества. Затем, уходя от преходящего к вечному, познай блаженство священного духа (Акбара) и коснись ликом сердца и земным челом небесного порога, дабы подобно благословенным мужам ты сперва привёл в порядок своё внешнее состояние, после чего вступил бы в вечнозелёный розарий внутреннего мира!
129
Ещё одним примером удачи, украсившей начало сего года, явилось то, что Дауд, носивший на своём челе корону правителя, сделал её подножием двора удачи Шахиншаха и стал слугой порогов судьбы.
Когда при содействии небесных воинств, вечно сражающихся за приумножение удачи Властелина Мира и возвышение знамён его судьбы, Дауд покрыл свою голову пылью позора и бежал, а Гуджар и иные гордецы отправились в пропасть уничтоже
ния, о чём уже было вкратце поведано, Хан-ханан, действуя в соответствии с советами опытных мужей, послал Шахам-хана Джалаира и раджу Тодар Мала в погоню за негодяем. Кабул-хан, Мухаммад Кули Токбаи, Саид Бадахши, Камар-хан, Шах Тахир, Шах Халил, Талиб Бахши и множество ревностных воинов отпечатали в [собственных умах] каноны военного искусства и отправились исполнить свой долг. Потерявший голову Дауд поспешил в дебри бесчестья. Когда царские войска подошли уже к городу Бхадрак, он решил, что Джахан-хан должен как можно скорее к нему присоединиться, воодушевить его и сопроводить к крепости Катак (Чуттак), одной из самых неприступных цитаделей той провинции. Вокруг него собрался всякий сброд, и негодяи постановили, что в случае прихода победоносного войска вступят с ним в бой, поскольку неожиданное поражение (поражение при Тукарои) явилось результатом неосмотрительности. Если же противник задержится, они подготовятся к битве и в случае благоприятных обстоятельств возьмут реванш. Когда отмеченные сединами [царские] слуги, чья удача пребывала в дрёме, узнали об этом, то испугались. Эти смутьяны стали активно плести интриги. Хотя раджа Тодар Мал применил всю свою мудрость и преданность и попытался усмирить и успокоить толпу,
ничего не вышло. Ему пришлось [в письме] просить Хан -хапана приехать, где откровенно написал, что трудную задачу можно облегчить [лишь] при помощи удачи Шахиншаха. Если доверяться тщеславным людям, не заботящимся и не думающим о дне расплаты, всё снова осложнится. Будет лучше, если Хан-хапан возьмёт 130 дело в свои руки и без промедления отправится в путь. Хотя раны
