Лондон трудился не покладая рук. Итог трехлетней литературной работы – три сборника «северных» рассказов, роман и повесть. Его имя прочно входит в число имен ведущих американских писателей, сотрудничества с ним добиваются многие журналы и издательства. Поэтому Джек ничуть не удивился, когда в июле 1902 г. получил телеграмму от Ассоциации американской печати с предложением немедленно отправиться в Южную Африку, чтобы сделать репортаж о последствиях англо-бурской войны. Однако в Лондоне писателя догнало сообщение, что путешествие отменяется. Недолго думая, Джек приобрел поношенную одежду и поселился в лондонских трущобах. Результатом этого эксперимента стала книга очерков «Люди бездны», бросившая вызов современному обществу.
В 1901 г. социалисты Окленда выдвинули кандидатуру Лондона на пост мэра, но на выборах за него подали голоса всего 245 человек. Впрочем, неудача не обескуражила Джека; он по-прежнему оставался ярым социалистом – все его письма к соратникам по партии начинались словами: «Дорогой товарищ» и оканчивались: «Ваш во имя революции, Джек Лондон».
В 1903 г., после выхода в печать повести «Зов предков», Лондона признали классиком литературы.
Летом того же года писатель оставил жену и двух дочерей и женился на Чармиан, племяннице редактора журнала, в котором был опубликован первый рассказ Джека. Чармиан во многом была похожа на мать писателя, Флору. Она оставалась рядом с Джеком, которого безумно ревновала к работе, друзьям, фермерству, вплоть до трагического финала – по ее собственному признанию, ночь после смерти писателя была первой, когда она спокойно заснула, не думая о его реальных и мнимых похождениях.
Отношения между Лондоном и его первой женой Бесс, самолюбивой и гордой, так и не наладились; с годами они лишь осложнялись бесконечными ссорами из-за денег, завещания, влияния на детей. Отношения между сестрами, старшая из которых, Джоан, была копией матери, а младшая, Бекки, – отца, тоже оставляли желать лучшего.
В конце 1903 г. писатель закончил роман «Морской волк» и отправился в качестве военного корреспондента в Японию. Его репортажи о русско-японской войне печатаются на первых полосах. Когда Лондон вернулся в США в начале 1904 г., «Морской волк» занял прочное место среди бестселлеров.
Слава и деньги поставили писателя перед выбором между голодным бунтом и куском хлеба с маслом. Голодное детство подсказало ему ответ – Джек стал работать на публику. Он больше не мог голодать.
Лондон работал по-прежнему, порой до головной боли, но из его жизни исчезло то, что всегда подпитывало его творчество: настоящая мужская работа, борьба со стихией, обстоятельствами, окружающей действительностью. Писатель приобрел ранчо в графстве Сонома и занялся сельским хозяйством, следуя исключительно передовым технологиям. Здесь он провел последние 11 лет своей жизни, стремясь организовать образцовое хозяйство и устроить своего рода коммуну. Однако из этой затеи ничего не вышло, во многом из-за недоверия Джека к окружающим: рабочим, подрядчикам, соседям (впрочем, они сами частенько давали для этого повод).
Джек Лондон загорелся идеей построить яхту по последнему слову техники и объездить на ней весь мир. Однако он нашел «помощников», которые, выкачав из него десятки тысяч долларов, сконструировали «Снарк» – невероятно красивую яхту, которая оказалась почти неприспособленной к настоящему плаванию. Тем не менее, Лондон вышел на ней в открытый океан, не желая признавать, что роскошное судно оказалось жалкой посудиной. Впрочем, профессиональные качества команды оказались вполне под стать кораблю – они несколько раз теряли курс, чуть не тонули, и только чудом яхта не развалилась на куски. За время плавания Джек создал, наверное, самое лучшее свое произведение – почти автобиографический роман «Мартин Иден», историю борьбы простого парня за место в обществе. Роман закончился трагедией – добившийся успеха, но исчерпавший себя Мартин покончил с собой.
Потерпев фиаско со «Снарком», Лондон пытается занять себя новым проектом и построить «Волчье логово» – настоящий замок в густом лесу, вдали от жилья и дорог, на площади в 15 тыс. квадратных футов. Дом был построен на сваях, способных выдержать любые сейсмические бури: за пять лет до этого Сан-Франциско был уничтожен страшным землетрясением. Но недаром говорят: кому суждено быть повешенным, не утонет. «Волчьему логову» суждено было погибнуть не от землетрясения. Лондоны уже готовились к переезду, как вдруг огонь в течение нескольких часов уничтожил здание. Писатель до конца дней был уверен, что это поджог. Думали, правда, что пожар возник в результате возгорания промасленной ветоши, небрежно брошенной рабочими. Неожиданная гибель «Волчьего логова» так и осталась одной из загадок, окружавших имя Джека Лондона.
