— К любому, которое ты счел бы приемлемым в подобной ситуации. Большая часть кандидатов, оказавшись на твоем месте и точно так же не зная всего, все-таки предпочитают выжидательную тактику. То есть уходят в защиту и просто ждут до тех пор, пока не станет понятно, что угроза действительно реальна или же что ее больше нет. Это — поведение любого разумного человека. Некоторые… самые неуравновешенные и нетерпеливые… начинают атаковать. Им, как ты понимаешь, звание мастера не светит.
Я нахмурился.
— А вот ты… — задумчиво проговорил учитель, засмотревшись куда-то в сторону. — Ты, как обычно, сумел всех удивить. И если поначалу реакции, которые ты проявлял, свидетельствовали, скорее, о готовности ударить, то потом ты успокоился. Твое дыхание и сердцебиение пришли в норму. Ты смог нащупать равновесие. И до самого последнего мига вел себя как человек, который твердо уверен, что контролирует ситуацию. Это было необычно.
— Откуда вы знаете, какой у меня был пульс?
— Я попросил тебя не сдерживать эмоции.
— Может, я схитрил?
Мастер Даэ снова пристально на меня посмотрел.
— Нет, Адрэа. Одним из свойств, которые я развил, когда достиг пятого круга мастерства, стало умение совершенно точно определять настрой собеседника, причем независимо от того, хочет он этого или нет. Так вот, сначала ты был напряжен и насторожен. Затем засомневался. Снова насторожился. Но потом вдруг принял какое-то решение и успокоился. И это было заметно.
— Хм, — кашлянул я. — Это что, все великие мастера так умеют?
— Нет, у каждого особенности свои. Но когда мы обменялись мнениями, то в целом наши ощущения сошлись. Поэтому испытание ты все-таки прошел и в качестве мастера тебя признали. Но в связи с тем, что кое-что во всем этом меня смутило, я как твой учитель все-таки должен спросить: Адрэа, ты ничего не хочешь мне рассказать?
Я на мгновение напрягся.
Вопрос был сложным. В том числе и потому, что к печати я пока не привык, а в отношении мастера Даэ уже давно определился. Да, врагом он мне никогда не был, но в то же время и другом пока не стал. Учителя я уважал, но не более того. А ощущения от печати пока не встроились в мою систему ценностей.
При этом я хорошо понимал, что вчера… если великие мастера действительно умели чувствовать, а то и видеть гораздо больше, чем простые люди… кто-то из них или же они все вместе вполне могли что-то заподозрить. Даже обычные мастера нередко обладали развитой интуицией. Тогда как великие… Кто знает, какие эмоции они испытали, когда над их головами зависли найниитовые иглы? И кто знает, о чем они подумали, когда эти самые иглы так же незаметно исчезли?
— Адрэа? — напомнил о себе учитель.
Я поднял на него спокойный взгляд.
— А это обязательно?
— Мне казалось, мы неплохо понимаем друг друга, — нейтральным тоном заметил мастер Даэ. — Печать должна была помочь тебе в этом убедиться. Магия в таких делах гораздо более надежный помощник, чем простые ощущения. Поэтому мы оба знаем, что есть вещи, которые ты от меня утаил. И точно так же знаем, что у меня нет в отношении тебя недобрых намерений.
— Вообще-то я и мастеру Даорну не стал говорить об этих, как вы выразились, вещах, — наконец ответил я сущую правду.
Мастер Дао прищурился.
— А он знает, что они есть?
— Да. Но мы договорились, что вернемся к данной теме, когда я буду готов ее обсуждать. Сейчас, как мне кажется, для этого не время. Но если что, я знаю, что всегда могу к нему обратиться. А он может быть уверен, что будет первым, к кому я с этим приду.
Мастер Даэ немного помолчал.
— Вы с Ноэмом очень долго шли к тому, что у вас есть сейчас. И на это были причины. Я понимаю. Но мне будет гораздо спокойнее, если ты станешь со мной чуть более открытым. Без этого нам будет трудно работать дальше. Кстати, Ноэм отдал тебе бумаги, которые я для него собрал?
Я навострил уши.
— Вы про семейную родословную?
— Именно. По отцу там ничего интересного не было, а вот что касается твоей матери… уверен, эта информация тебя заинтересует.
— Да, на днях он отдал мне носитель. Но я пока не успел до него добраться.
— Изучи его, — спокойно посоветовал учитель. — А потом приходи. Возможно, после этого у тебя не останется поводов мне не доверять, а твои секреты уже не будут казаться такими важными.
[1] Пригодный для перемещения как по обычным дорогам, так и по воздушным трассам.
Из школы я в тот вечер вышел раньше обычного, хотя с учителем на этом разговор не закончился, и мы еще довольно долго обсуждали интересующие меня темы, умышленно не касаясь той, на которую я отказался отвечать.
При этом мастер Даэ ничем не показал, что мое молчание его как-то задело. Напротив, поговорили мы на редкость хорошо, если не сказать, что душевно. Обсудили все, что хотели. При этом аура учителя ни разу не изменилась так, чтобы у меня появился повод хотя бы на миг заподозрить его в неискренности. А когда я, заново переоценив наши с ним отношения, завуалированно высказал сожаление, что иначе не могу, он лишь снисходительно улыбнулся.
