Черенок от швабры с глухим стуком упал на пол. Оказывается, до сих пор он все совершенно неправильно представлял.
«Дело 64»… Они приволокут похитителя назад, в шестьдесят четвертый год периода Сёва, закуют его в наручники. Задача совершенно невыполнимая, хотя они уже четырнадцать лет живут в период Хэйсэй, при императоре Акихито. Как будто голос из прошлого позвал их назад. Сато… 20 миллионов иен… Подражатель? Или…
Миками втащил Микуру в комнатку сбоку от актового зала. Сува вошел следом и дрожащими руками разложил для них складные стулья.
– Давайте подробности! – велел Миками, садясь.
Микура остался стоять.
– Жертва – девочка, старшеклассница из города Гэмбу.
Девочка… Старшеклассница…
Если подумать, сходство с «Делом 64» не так уж велико. Жертва учится не в начальной школе, а в старших классах, она скорее ровесница Аюми. Население Гэмбу составляет 140 тысяч человек. Гэмбу находится в центре префектуры, в пятнадцати километрах к востоку от города Д. Там юрисдикция участка Г.
– Вот! – Микура достал из внутреннего кармана пиджака два листка бумаги.
В глаза Миками бросилась официальная шапка:
«Кому: Пресс-клубу, управлению полиции префектуры Д.
Тема: Договор о неразглашении.
11 декабря 14 года периода Хэйсэй.
Директор уголовного розыска, управление полиции префектуры».
Миками принялся жадно читать.
«11 декабря 14 года периода Хэйсэй в округе, подконтрольном участку Г., возбуждено дело о похищении, подробности которого изложены ниже. На срок действия данного договора уголовный розыск обязуется держать представителей прессы в курсе последних событий. Однако, по нашему мнению, освещение дела в прессе может представлять угрозу для безопасности жертвы. Поэтому предлагаем включить в договор о неразглашении следующие условия:
– Представители прессы воздерживаются от интервью и обнародования прочей информации до завершения следственных действий.
– В том случае, если жертва будет найдена или помещена под стражу для ее защиты или будет решено, что освещение в СМИ больше не представляет угрозы для жертвы, представитель пресс-клуба проводит совещание с директором уголовного розыска касательно окончания срока действия данного договора.
– После согласования подробностей пресс-клуб назначит дату окончания срока действия данного договора.
– На время следствия (и, следовательно, срока действия данного договора) представитель пресс-клуба имеет право обсуждать с представителями уголовного розыска различные поправки к данному договору».
Миками пробежал глазами текст и перевернул страницу. Наибольший интерес, конечно, вызывали подробности дела.
«Подробности похищения с целью выкупа старшеклассницы из города Гэмбу».
Далее текст был написан от руки, небрежным почерком.
«Жертва В. (17 лет). Старшая дочь А. (49 лет, работает не по найму) и Б. (42 года, домохозяйка). Ученица второго года обучения частной старшей школы».
Увидев, что персональные данные пострадавших не раскрываются, Миками почувствовал, как у него дергается щека.
«О похищении сообщили 11 декабря в 11:27. Отец жертвы, А., позвонил в центральную диспетчерскую префектурального управления по номеру 110 и сообщил о том, что его дочь похитили».
Миками посмотрел на часы –2:35. Значит, после того, как отец жертвы сообщил о похищении, прошло уже три часа. Он продолжил читать:
«Звонки от похитителя:
№ 1. На домашний телефон с мобильного телефона В. 11 декабря в 11:02. К телефону подошла Б. Похититель не назвался, говорил измененным голосом (гелий или нечто подобное), потребовал выкуп.
«Ваша дочь у меня. Если хотите снова увидеть ее живой, завтра к полудню приготовьте двадцать миллионов иен». Б. позвонила А. на работу. А. сообщил о похищении по номеру 110.
№ 2. 11 декабря в 12:05. Похититель, как и в прошлый раз, говорит измененным голосом. Звонок произведен с мобильного телефона В. К телефону подошел А., срочно приехавший домой.
«Говорит Сато. Мне нужны старые купюры. Положите деньги в самый большой чемодан, какой можно купить в «Марукоси». Принесите его в то место, которое я укажу завтра. Приезжайте один».
Ведутся срочные следственные действия. Конец».
От ужаса Миками лишился дара речи. Сходство с «Делом 64» казалось невыносимым: преступник назвался Сато, потребовал к полудню следующего дня приготовить ему 20 миллионов иен старыми купюрами, велел отцу жертвы купить в «Марукоси» самый большой чемодан, приказал ехать на место встречи в одиночку. Совпадала даже такая деталь: похититель не представился во время первого звонка, а во время второго назвался Сато… Так же как тогда! Единственная разница – голос похитителя. «Голос мужчины от тридцати до сорока лет, хрипловатый, без особенностей произношения». На сей раз похититель изменил голос.
