Слушая Мидзуки, он немного успокоился. Постепенно перестал злиться на ее длинный язык и стал жадно слушать о том, как тяжело жилось Минако до замужества. История о школьной подруге и вовсе напоминала страшную сказку… Ему вдруг стало тепло. Размышления Мидзуки о прошлом немного улучшили его настроение. Но потом он поднял голову… Если бы навстречу ему шел кто-то другой, он продолжал бы слушать Мидзуки, но сейчас…
– Извините, – быстро сказал он. – Я вам перезвоню.
Миками закрыл телефон, достал ключ из замка зажигания и распахнул дверцу, не сводя взгляда с Футаватари.
Две фигуры на одной доске. Совпадения его больше не поражали.
Ему показалось, что и Футаватари совсем не удивился. Он по-прежнему шагал по улице навстречу Миками, не меняя выражения лица, не сбавляя шага. Он, как обычно, был в костюме. Тоже пришел к Акаме по делу? Или только что вышел из какого-то другого дома? Когда Миками его заметил, Футаватари находился рядом с теми домами, где жили начальник управления Цудзиюти и директор уголовного розыска Аракида. Вполне возможно, Футаватари навещал начальника управления. Акама ничего не слышал о записке Коды. Значит, скорее всего, Футаватари действует по прямому приказу самого начальника управления.
Миками ждал, стоя рядом с машиной. Когда Футаватари почти поравнялся с ним, он его окликнул:
– Если ты к Акаме, его нет, он уехал.
Футаватари продолжал молча приближаться. Теперь, когда он подошел ближе, Миками заметил, что лицо у Футаватари как будто застыло. Он старался не смотреть Миками в глаза.
– Вижу, ты усердно трудишься, – продолжал Миками, глядя на него в упор.
– Ты тоже, – ответил Футаватари, проходя мимо и по-прежнему глядя перед собой.
«Ах ты, подонок!»
Миками развернулся и зашагал за ним. Он шел за тощей фигурой Футаватари, сдвинувшись чуть вбок, и поравнялся с ним у дальнего конца стены, за которой находился дом Акамы. На перекрестке Футаватари повернул в переулок. Вдали виднелся его темно-синий седан; он был припаркован впереди, на более широком участке улицы.
– Секретные переговоры с начальником управления?
Футаватари молчал.
– Ясно, предпочитаешь отмалчиваться. Сурово… даже для тебя.
– У меня нет времени.
Миками сразу понял, что Футаватари не шутит.
– Я узнал, что написано в записке Коды.
Он собирался ошеломить Футаватари, но его уловка не сработала. Футаватари чуть замедлил шаг, достал из кармана ключи и отпер машину.
– Как ты собираешься поступить с уголовным розыском?
По-прежнему молча Футаватари потянулся к водительской дверце.
– Слушай, подожди! – Миками понизил голос, встав между Футаватари и машиной.
– Разве я не говорил тебе, что у меня нет времени? – Футаватари метнул на него испепеляющий взгляд.
– У меня тоже! – Миками мрачно посмотрел на него в ответ.
– Так иди и занимайся своими делами.
– Какое объявление сделает комиссар во время визита?
– Тебя это не касается.
– А по-моему, касается. Не думай, что я приму участие в унижении уголовного розыска, не узнав вначале причину.
– Как будто это имеет какое-то значение!
Миками застыл на месте. «Как будто это имеет какое-то значение!» Верно ли он расслышал? Он понизил голос до шепота:
– Послушай меня. Записка Коды – самый настоящий ящик Пандоры. Она способна уничтожить все управление, а не только уголовный розыск.
– Ну и что?
– Что ты сказал?!
– Убирайся с дороги! – буркнул Футаватари, снова хватаясь за дверцу.
Миками схватил его за руку:
– Так, значит, ты собираешься продать нас Токио?
Футаватари отбросил его руку с поразительной силой и прошипел:
– Не будь таким ограниченным! Никакой разницы не существует! Нет ни управления, ни Токио. Полиция монолитна! – Футаватари воспользовался замешательством Миками и оттолкнул его с дороги. Потом устроился на водительском сиденье и включил зажигание.
– Подожди!
Крик Миками заглушил рев мотора. Миками зашагал следом, затем перешел на бег. Добежав до своей машины, быстро тронулся с места. Улица, на которую повернул Футаватари, вся в светофорах. Он еще может его догнать. Миками не давали покоя слова Футаватари: «Полиция монолитна».
Миками резко повернул, внимательно глядя на дорогу. Вон он! Темно-синий седан Футаватари стоял на светофоре в двух кварталах впереди.
Миками уже догадался, что их с Футаватари интересы не совпадают. И тем не менее он на что-то надеялся. Он надеялся, что у них обоих есть четкие принципы, что их терзают противоречия, которые играют существенную роль в мире, где иерархия – это все; что противоречия, одолевающие Футаватари, поднимутся на поверхность, если бросить ему вызов лицом к лицу; что Футаватари в конце концов сбросит маску равнодушия.
Но он ошибался.
