Высокий, статный, с короткой русой бородой, «хищным» носом, пронзительно зелёными глазами, одетый в белоснежный мундир, чуть запачканный кровью, он остановился в нескольких шагах от меня и кивнул.
— Князь предупредил, что ты будешь тут.
— Я… Рад знакомству, Ваше Императорское Величество…
Старинные часы, установленные в стенной нише между окнами, мерно отстукивали секунды.
Этот звук меня изрядно бесил — словно отсчитывал время, которое было мне отведено…
Хотя, надо полагать, если бы меня в чём-то подозревали и хотели убрать — давно бы это сделали.
В конце-концов, точно бы не стали впускать в императорский дворец и заставлять ждать аудиенции с правителем государства.
М-да… После всех событий, связанных с Иловайским — и особенно, после схватки в его библиотеке! — я был уверен, что меня будут допрашивать и проверять так, как ещё никогда не проверяли.
В целом, я оказался прав, но… С оговорками. Всё ограничилось лишь устным рассказом (с подключённым детектором лжи) и ментальной проверкой. И да — её провёл сам Иловайский.
Это было страшновато, честно говоря. Однако в этот раз у меня было преимущество — я знал, что это произойдёт, и был готов. В тот раз, несколько дней назад, князь проломил всю мою защиту, ошеломил меня и покопался в мозгах без разрешения.
Теперь же я сам открылся ему. Вот только почти двое суток перед этим, используя оставшиеся крохи Эфира, «подправлял» некоторые воспоминания.
О том, как избежал гибели в квартире Терентьева. О том, как одолел Дровосека. И о том, как спёр из тайника четыре книги.
Пришлось повозиться — но это того стоило. Иловайский изучал мои воспоминания досконально, и когда закончил — признаться честно — от пятисекундного молчания я слегка насторожился.
Однако всё прошло, как по маслу. О том, что я пожиратель и могу спокойно (почти спокойно) пользовать и энергию крови и тёмную энергию, он не узнал. И что куда важнее — не узнал, что я спёр его книги.
Ну а что? Мятежники хотели получить доступ к его тайнику, вскрыли его, и тут появился я. Героически сражаясь с тёмным магом, не позволил украсть наследие княжеского рода, почти убил «экзоскелета», но тому удалось уйти через кровавый портал.
Последнее, кстати, очень сильно заинтересовало разные службы, так что меня допрашивали все, кому не лень.
Но первая опасность раскрытия миновала, и я раз за разом повторял то, что знаю, охотно идя на контакт.
Опять же — а что такого? Пусть я и не был фигурой высокого полёта, но уже не раз зарекомендовал себя как человек, который радеет за честь Империи, который сталкивался с чернокнижниками — и всякий раз убивал их (или помогал убить). Так что вопросы ко мне хоть и были — но никаких подозрений не появилось.
Ну, по-крайней мере, я на это надеялся.
Опять же, не удивлюсь, если всё произошедшее подстроил Юсупов, и он же так или иначе снова меня прикрыл. Хотя стопроцентной уверенности насчёт этого у меня не было — Княжеский Инквизитор ограничился подозрительно короткой беседой со мной, и больше рядом не появлялся.
Полагаю, в связи с тем, что мне рассказал Дровосек, в последние дни у него появилась масса работы…
За спиной с гудением отключился магический замок, и комнату заполонила уже знакомая мне энергия Императора.
Да-а… Силён был Романов Александр, которого ещё называли просто «Пятый», силён, ничего не скажешь… Вне рангов — это совершенно точно, ему никакие Архимаги и в подмётки не годились. Энергии через край, сила внутри такая кипящая, что даже на расстоянии обжечься можно.
Неудивительно, что этот человек управляет самым сильным в мире государством.
Дерьмо космочервей, да он мог бы небольшой город сравнять с землёй за один резерв своей Искры!
— Ваше Императорское Величество, — я поднялся из кресла и поклонился.
— Здравствуй, Марк, — Император кивнул, обошёл меня и сел за стол, — Сожалею, что заставил тебя ждать — много дел, сам понимаешь.
«Сожалею». Не «извини» — а «сожалею». Ха! Одно простое слово уже характеризовало этого человека определённым образом.
— Я всё понимаю, Ваше Им…
— Можно просто «Ваше Величество». Или «Император». Или «Александр Николаевич». Изрядно экономит время, знаешь ли.
— Как вам будет угодно, Александр Николаевич.
Император приподнял светлые брови, давая понять, что заметил, на каких правилах я принял его игру.
Ну а что? Называть кого-то Императором, когда сам планируешь им стать… Не особо хочется.
— Итак… Марк Апостолов, — правитель откинулся на спинку кресла и сложил руки замком перед собой, — Наслышан о тебе за последнее время… Наслышан.
— Это честь для меня.
— Пожалуй, это честь для меня, знать, что подобные отпрыски невысоких дворян ещё рождаются в Империи, — усмехнулся Император, — Чернокнижник в Москва-Сити, чаробольные успехи, артефакторика, сильное и необычное родовое существо, которое едва не разрушило академию…
— Это преувеличение, Александр Николаевич, — я воспользовался заминкой, чтобы вставить слово, — Там всё было не так страшно.
