О, господи, как же больно! Руки, ноги, голова… Все тело ноет и стонет, мерзнет и горит одновременно! И тысячи игл будто пронзили меня насквозь… И пошевелиться совсем невозможно. Я даже не могу понять, открыты мои глаза или нет – пред ними плывет какой-то розовато-серый туман, изредка озаряемый холодными голубыми бликами. Пытаясь хотя бы застонать, я поняла, что и голоса нет… Зато чьи-то чужие голоса глухо звучат где-то вокруг меня, и я это слышу! У меня возникает сильнейшее ощущение дежавю, будто я уже была в таком состоянии… И это меня пугает. А еще я поняла, что чувствую запахи… И запахи эти ужасно раздражающие. От них хочется укрыться, убежать куда-нибудь! Это запахи больницы, какой-то химии, лекарств и еще непонятно чего… Я что, в больнице?! Растущая с невероятной скоростью активность моего сознания показалось очень странной. На меня нахлынула целая волна мыслей, скомканных и малосвязанных из-за дикой боли по всему телу, но резких и быстрых, словно молнии. Где же все-таки я сейчас? В какой-то больнице? Когда и как я сюда попала? Что произошло?! Так, стоп… Был самолет. Мы летели на нем домой. Мы с Настей! Отказали двигатели… Да, да, я ведь говорила с пилотами! Самолет как раз готовился к аварийной посадке… Так неужели посадка вышла настолько неудачной?.. Или мы разбились еще на подлете, не дотянув до аэродрома?.. Господи, Настя! Настенька! Она оставалась в салоне!.. Боже, что с ней? Где она?! Она спаслась?! Я должна понять, должна знать! Я не могу оставаться здесь, пока не узнаю, что она жива!!! Слышится звон чего-то металлического, отрывистые сигналы каких-то электронных приборов… И эти голоса. – Вы двое занимаетесь ее ногой, – проговорил кто-то почти над самым моим ухом. – А мы устраняем кровотечение… Не тормозим, работаем. – Кровопотеря большая, нужно переливание. – Все готово. Скажете, когда начинать. Что со мной?! Что они делают?.. Проклятье! Мне нет дела ни до каких кровотечений! Я должна выйти отсюда! Мне необходимо найти Настю! Если она в беде, я должна спасти ее любой ценой! Спасти! Я должна вытащить ее из этого чертового самолета!!! Даже боль отступила на второй план – настолько захватила меня мысль о том, что с Настей могло произойти что-то ужасное! Я едва не обезумела, пытаясь овладеть собственным телом, издать хоть какой-нибудь звук… У меня возникло ощущение, что мое безвольное тело стало для меня подобием могилы.
Но что-то в конце концов произошло. Я будто прорвала невидимую преграду, и судорога прошла по всему телу! Превозмогая адскую боль, я дернулась изо всех сил, инстинктивно стремясь к какому-то движению, к какому-то действию. И в тоже время мои голосовые связки вдруг ожили! Сначала я сумела издать лишь невнятный хрип, но затем я собралась с последними силами и то ли закричала, то ли зашептала совсем не своим голосом:
- Настя!!!
За мгновение до этого вокруг меня все уже пришло в какое-то ускоренное движение.
- Давление падает, пульс нитевидный…
- Анестезия! Какого черта спим? Вместо нее уснул?! Живо давай!
- Ребят, она двигается! – крикнул кто-то. – Осторожно!
- Держите, черт побери…
На какую-то секунду мне будто бы удалось открыть глаза, которые сразу же ослепило холодным ярким светом, падавшим откуда-то сверху. Я успела разглядеть чьи-то размытые лица, частично скрытые марлевыми повязками. А потом на глаза снова опустился туман… Уже далеко не с такой активностью я подумала о том, что в очередной раз проваливаюсь в пустоту… И снова не могу пошевелиться… И даже звуки приглушились… Сознание еще некоторое время протестовало против этого, но вскоре сдалось. Вместе с этим притупилась и нестерпимая боль, а вскоре погасла совсем. Вместе с моим сознанием.
