– Спасибо за ваш доклад, – обратился он вслед за этим к человеку, стоявшему за трибуной. – Присаживайтесь… А теперь мы хотели бы выслушать вторую группу с результатами проверки других машин из той же партии. Прошу вас… Кто-то снова занял место за трибуной и начал зачитывать свой отчет, на огромном настенном экране появились какие-то таблицы. Но я не особенно прислушивалась, и вообще практически не наблюдала за ходом заседания. Мне это было уже не очень интересно. Единственное, что всерьез сейчас занимало мои мысли, это как просто отдать то, что я привезла и по-тихому исчезнуть отсюда, чтобы наконец лечь и поспать. Ну хоть несколько часов… А потом… Потом нужно было бы позвонить Насте. Я будто бы проснулась и подняла голову, хотя вроде и не спала, когда вдруг председатель неожиданно объявил, что пора сделать перерыв. Зал наполнился шумом голосов, люди вставали со своих мест. Но я осталась сидеть в своем кресле, в паре мест от прохода. Может сейчас все или большинство выйдут отсюда, и я смогу как-нибудь обратиться к членам комиссии. Кто-то тронул меня за плечо, и я обернулась. Это был капитан Соколов. – Ксения? – негромко произнес он. – Что вы здесь делаете? – Должна закончить одно дело, – сказала я с не слишком веселой улыбкой. – Думаю, вы знаете, в чем оно заключается. – Да, но… – он вдруг замолчал и продолжил лишь после небольшой паузы: – Вот так открыто? Вы уверены? Здесь представители «Боинга»! – Не так уж и открыто, – отозвалась я. – И конечно уверена. Это даже хорошо, что здесь сотрудники корпорации. Он с сомнением посмотрел на меня и сказал: – Слушайте, давайте выпьем кофе и поговорим, – он протянул мне руку, предлагая подняться. – Мне кажется, что вы… Я покачала головой и ответила: – Может после окончания? У меня не так много времени, чтобы обратиться к членам комиссии. Лучше сделать это сейчас. Алексей снова помолчал, затем произнес:
- Вы правы. Поговорим после заседания… Удачи вам, Ксения.
– Спасибо. Он ушел, а я вздохнула и оглядела зал. Большинство людей уже покинуло помещение и, как я заметила, председатель тоже намеревался это сделать. Поняв, что пришло время действовать, я собралась подняться, но вдруг кто-то опустился на соседнее кресло рядом со мной. Я узнала того самого человека, который что-то сказал председателю при моем появлении. – Здравствуйте, – произнес он, снимая очки. – Вы Ксения? Я кивнула в ответ. – Брагин, – коротко представился он, критически оглядывая меня. – Значит это ваш голос мы слышали на записи речевого самописца. Занятно, занятно… Впрочем, долой лирику. Вы привезли то, что хотели? – Да, одну минутку, – сказала я, раскрывая папку. – Признаться, я решил, что вы передумали, – глухим голосом проговорил он. – Вы не появились в оговоренное время. – Не передумала, – ответила я по возможности твердым голосом. – Это просто дорожные заторы. Я передала ему распечатанную копию документа и карточку памяти. Быстро пробежав глазами содержание бумаги, Брагин сложил ее пополам, а карту памяти убрал во внутренний карман пиджака. – Благодарю вас, Ксения. Это очень важные сведения, – сказал он, снова поворачиваясь ко мне. – Похвально. Учитывая, что вы делаете это в ущерб собственной… – Не надо всего этого, – прервала его я. – Мне можно уйти? – Да, разумеется, – он внимательно посмотрел мне в глаза. – Но я попросил бы вас остаться ненадолго. Комиссия не станет вызывать вас в качестве свидетеля, это я вам обещаю. Тем более на глазах сотрудников «Боинга». Но все же, подождите, пожалуйста. Нам осталось разобрать не так много вопросов. Я хотел бы еще побеседовать с вами. С некоторым безразличием пожав плечами, я вздохнула и ответила: – Хорошо, как скажете. Он кивнул и поднялся, а я так и осталась сидеть на своем месте.
Вот, собственно, и все. Включился таймер моей маленькой бомбы. Оставалось лишь ожидать. Но я не могу сказать, что мне был хоть сколько-нибудь интересен результат. Силы постепенно начинали меня оставлять, снова разболелась голова, и мне невыносимо хотелось лечь и закрыть глаза.
