Валеев указал на стул.
- Присядь.
Марченко повиновался.
- Плохо. – Нахмурился полковник. - Всё очень плохо. Потому что ствол ты не найдёшь, а вместо этого будешь козлом отпущения. Заодно подставишь меня и ведомство.
- Проще написать по собственному желанию, чем на это смотреть, - не выдержал следователь.
- Надеюсь, тебе просто не позволят сделать лишнее, - признался Валеев.
Марченко похолодел.
- Устранят?
И упёрся в стальной взгляд, так похожий на взгляд Лазаревского.
- Смотри на вещи трезво, - призвал начальник следственного отдела.
- Лазаревскому не нужна смерть следователя, возбудившему против него дело, - возразил Марченко.
- А кто сказал, что он действует один? – Предположил Валеев. – Сегодня ты шаришь в его доме, завтра тебя объявляют врагом номер один демократии. Ещё повезло, что не стали раздувать тот факт, что ты тайком пролез на пресс-конференцию Колганова. А то, не дай бог, объявили бы убийцей.
Марченко чуть не свалился со стула: подобная мысль в голову даже не приходила.
- Адвар Айдарович, это было бы полным бредом!
- Раскрой глаза, Марченко! – Рявкнул тот. – У нас всё, что показывают по телевизору – шляпа и бред. Главное – ляпнуть с умным видом. Как делает соловей, изливающий кисель. Никто потом не будет разбираться, кто прав, а кто виноват. Ну, через двадцать лет кто-нить сделает документальный фильм о тебе и твоей борьбе против коррупции. Тебе надо именно это?
Следователь было сник, затем выпрямился и вдохнул полной грудью.
- Я живучий, Адвар Айдарович. Один раз умер, да смерть не приняла.
Тот печально покачал головой.
- Тебе просто повезло. Но так везёт лишь однажды.
Марченко сжал кулаки. Тело и разум снова наполняются решимостью.
- Хорошо. Я вас понял. Разрешите идти и формировать группу?
Полковник ответил не сразу, смотря в окно отсутствующим взглядом.
- Валяй.
Когда за подчинённым захлопнулась дверь, Валеев набрал номер начальника службы безопасности Лазаревского.
Глава 69
- Я же говорил, что скоро тираж увеличится. Это не столько вопрос времени, сколько профессионального чутья. Способности предугадать и возглавить информационные тренды. И, конечно, грамотно вплетённый социальный фактор. Куда сейчас без него. Мы поднимаем на острие копья общепризнанные ценности: свободу слова, справедливость и торжество закона. И поверь, дальше выпуски только вырастут.
Колганов признаёт, что ошибается Лазаревский крайне редко.
- Спасибо за материалы, Ян Григорьевич. – Поблагодарил он. – С нетерпением жду следующего.
- Скоро ты его получишь. – Заверил мужчина. – У меня много информации, способной наше гнилое политическое болото взорвать.
Молодой человек, в свою очередь, поспешил поделиться радостной новостью:
- Мы непрерывно мониторим уровень доверия к журналу, к редколлегии. Так вот, что не может не радовать, у «Девятого дня недели» довольно быстро формируется своя читательская аудитория.
На самом деле, последнее является полной неожиданностью. С одной стороны – постоянные и преданные читатели – основа основ любого издания. С другой – никто не предполагал, что «9-й день» уйдёт в политическое поле. Ведь Колганов доселе не интересовался данной тематикой. Впрочем, так уж получилось…
- Это только начало, Егор. А большие шаги, как известно, несут большие риски. Я принял решение о том, что у тебя будет телохранитель.
- Эээ… - Только и выдавил удивлённый молодой человек.
- По крайней мере, на ближайшее время, - уточнил собеседник.
Колганов мысленно уже примерял на себя общество бодигарда. Факт того, что отставной дипломат постоянно при телохранителях, а его и Колганова взаимоотношения принимают более тесный характер, навевает предположение, что и журналисту охрана понадобится надолго.
- Хотите сказать, что после выборов необходимость в нём отпадёт?
- Ты проницательный. – Похвалил Ян Григорьевич. – Не буду лукавить. Думаю, защита тебе понадобится на длительное время.
- Не хотел бы себе
Собеседник понимающе развёл руками.
- Что сказать, привыкнешь. У меня телохранителей так вообще целый штат. Мы делаем выбор и иногда в качестве последствий имеем то, на что повлиять не в состоянии. Вот ты принял решение встать на сторону правды и справедливости. Это твой выбор. Как следствие, на тебя совершили покушение. Прискорбно, но здесь ситуацию не контролируешь: кто знает, будет ли ещё нападение. Приходится выбирать меньшее из зол и обзаводиться охраной. Ты мне нужен, и я готов на любые шаги, чтобы обеспечить твою безопасность.
Растроганный заботой Колганов, наконец, решился произнести то, что лежит на душе камнем:
- Я… я хочу извиниться за своё поведение у вас дома. Тогда изрядно перебрал.
- Извинения приняты. – Радушно ответил Ян Григорьевич. Затем добавил, уже серьёзным тоном:
