- Но то, что тогда произошло, больше повториться не должно.
Журналист ощутил неимоверное облегчение и выпалил, не раздумывая:
- Обещаю!
Глава 70
Любимый цвет Марченко – чёрный. Иногда – чёрный. И совсем редко – чёрный. И сейчас, после смены привычного стиля на более свободный, полицейский почти не выделяется на фоне студентов: светло-синие джинсы, белая с цветным принтом футболка и серый пиджак.
Отставной дипломат появился на пять минут раньше обычного. Полицейский сделал вид, что ковыряется в телефоне. У лифта Лазаревского остановили две студентки. После непродолжительного разговора девушки зашли в лифт, а мужчина остался. Не поехал он и в следующий раз – когда к дверям подошёл молодой человек. И только на третий раз, когда Лазаревский имел возможность зайти в лифт один – он этим воспользовался.
Марченко стремительно зашагал к лифту, чтобы успеть посмотреть этаж. Однако информационное табло отключилось. Другие лифты, как ни в чём не бывало, продолжают работать. Следователь отошёл в сторону и задумался. Происходит что-то непонятное. Машина Лазаревского, скорее всего, так же укатила восвояси. Значит, и дожидаться того смысла нет.
Через десять минут табло зажглось снова. Лифт, как ни в чём не бывало, раскрыл двери и возобновил работу. Как и следовало ожидать, внутри никого не было.
Но надо купить новую одежду. Никогда прежде полицейский не приобретал вещи только для того, чтобы надеть их один раз.
Глава 71
- Ян Григорьевич, судья удовлетворил ходатайство Марченко о проведении обыска в доме.
Не сказать, что сообщение начальника службы безопасности сильно удивило, но Лазаревский не ожидал, что решение примут в достаточно сжатые сроки.
- Ну и отлично. Он хочет ознакомиться с арсеналом. Чтож, вполне нормальное желание для следователя. Приготовь документы на оружие.
- Будет сделано. – Виталий Евгеньевич выдержал небольшую паузу. – Что делать с винтовкой?
- Хм. – Ян Григорьевич провел рукой по гладко бритому подбородку. – Давно я не пробовал её в деле. Приготовь её тоже. Хочу пострелять.
Глава 72
- Привет, гражданин следователь.
Марченко даже без подсказки мгновенно узнал голос.
- Привет.
- Чё такой грустный?
Компанейский тон Колганова не в силах сбить с толку. Просто так журналист звонить не будет. Как пить дать.
- Так, устал. – Марченко вяло отмахнулся. – Работы много.
Он на самом деле ощущает себя выжатым лимоном.
- Аа, понимаю. – У собеседника и впрямь сочувствующий тон. – Есть плохие граждане, которые усложняют жизнь хорошим, и ты вынужден по долгу службы с первыми бороться.
Ни продолжать бессмысленный диалог, ни, тем более, ругаться, сил нет.
- Ты позвонил, чтобы поёрничать? – Спокойно поинтересовался следователь.
- Нет. – Заверил журналист. – Для того, чтобы предложить более интересную и высокооплачиваемую работу.
Полицейский всё же нашёл в себе силы удивиться:
- О как!
- Да. Предлагаю тебе должность телохранителя.
Чего-чего, а уж это и впрямь предположить невозможно. Марченко даже переложил телефон в другую руку.
- И чьё драгоценное тело нуждается в охране? – Уже бодрее поинтересовался он.
Судя по тону, для собеседника ответ – единственный и очевидный:
- Моё, ессно.
- Радует, что ты осознал опасность своего положения. – Похвалил следователь. – Но есть и новость печальная: никакой телохранитель тебе не поможет. Ну, отобьёт гопоту, жаждущую взять интервью. Это максимум.
- То есть, ты отказываешься от предложения? – Голос на другом конце провода потускнел.
Разумеется, для Марченко ответ – единственный, потому что очевидный:
- Колганов, иди на хрен с подобными предложениями.
- Ты упёртый мент, Марченко. – Нотки обиды. – Тебе говорили об этом?
Что тут сказать?
- Какой уж есть.
- Тебе сколько? – Колганов отступать не собирался. – Нет и тридцати. Ты кэп. Сколько ещё собираешься гнить в своём гадюшнике? Дослужишься максимум до майора, если не сопьёшься раньше.
- По-моему, хлещешь без меры у нас именно ты, - парировал Марченко.
- Карьера – на усмотрение начальства. – Игнорируя возражение, продолжил журналист. –Премии – тоже. Сам себе не хозяин.
Разговор настолько увлёк следователя, что тот, незаметно для себя самого, скинул сетку усталости и почувствовал второе дыхание.
- А ты?
- А я, Марченко, сейчас в команде. – Колганов перешёл на деловой тон. – Делаю полезную работу и получаю хорошие деньги. И тебе предлагаю. Давай с нами. Принесёшь пользу обществу, охраняя такого яркого его представителя, как я. Уйти всегда успеешь. Надоест – так уйдёшь. Зато с деньгами.
- Какое заманчивое предложение. – Полицейский хотел сыронизировать, но не получилось. – А кто будет мне платить? Ты или Лазаревский? Ведь, как понимаю, финансирует контору именно он.
Теперь тон диалога окончательно стал деловым, как и содержание.
- Ян Григорьевич послушается меня, если скажу, что нашёл достойного человека.
