— В проекте не было, — сказал один.
— А баннер откуда возьмем? — спросил второй.
— Вон тот, который на стене, например, — ткнул пальцем я.
— А согласовать… — начал первый.
— Считайте, что согласовали, — перебил его я. — Бумагу с печатью нужно?
— А если Василий… — заговорил второй.
— Василию скажете, я распорядился, — второму я тоже не дал договорить. — Понятна задача? Нужно, как будто вот эти ребята там сидели, как на экране.
— А нас спросить? — строптиво влезла Настена.
— Милая барышня, я бы с вами подискутировал, но у нас на это совершенно нет времени, — сладким голосом проговорил я. — Так что давайте для простоты примем тот факт, что я точно не желаю вам зла.
— Но ведь… — Настена шумно засопела. Ей явно хотелось поскандалить.
— Кого ты хочешь поставить третьим, Владмир Викторович? — в микрофон спросил Геннадий.
— Банкина, — быстро ответил я. Мысль пришла мне в голову только что, но я сделал вид, что все давно обдумал.
— Банкина? — нахмурился Геннадий.
— А я слышал, что он… как бы это… — Геннадий деликатно покрутил пальцем у виска.
— Когда я его в последний раз видел, он мог внятно разговаривать, — усмехнулся я. «Только его нужно как-то достать из психушки», — это я уже про себя подумал.
— Банкина? — взвилась Настена. — Но он же старый!
— Банкин, милая барышня, легеда новокиневского рока, — подчеркнуто вежливо ответил я. — Кроме того, на его фоне вы двое будете блистать, аки звезды. Ферштеен?
— Вот такой стол пойдет? — спросил один из монтажников. Они выволокли на сцену вездесущую школьную парту. Натурально, впечатление такое, что в любом месте этой реальности можно было такую найти.
— Тканью черной ее прикрыть, и норм, — кивнул я.
Монтажники подтащили парту к правому краю сцены и направились к баннеру «Европы плюс». А я посмотрел на нашу парочку горе-ведущих.
— Так, садитесь туда, — я махнул им рукой в сторону их «рабочего места». — И наушники еще нужны. Вы же на работе в наушниках работаете?
— Да, — механически кивнул Никита.
— Поняли мою идею? — спросил я. — По ходу концерта вы никуда не ходите и ведете его будто эфир на радио.
— Хм, может сработать… — задумчиво проговорил Геннадий.
— Что-то типа телеспектакля должно получиться, — сказал я. — На сцене — музыканты, а ведущие — в студии.
«Такое себе новаторство, конечно, — подумал я. — Но на большее моих мозгов сейчас не хватает».
— Но нас же будет не видно! — возмутилась Настена и провела руками по подолу своей отчаянно короткой юбки.
— Милая барышня, фестиваль будет длиным, так что свои прекрасные ноги у вас будет время продемонстрировать, — усмехнулся я.
— Все, я звоню Метелину! — выкрикнула Настена. — С вами вообще невозможно работать!
Я мысленно сосчитал до пяти, чтобы не обозвать ее дурой.
— Есть другое предложение, — сказал я. — Мы сейчас устраиваем прогон за столом, как я предложил. И потом решаем вместе, как лучше. Лады?
Настена остановилась напротив меня, ноздри ее яростно раздувались. Секунд десять она сверлила меня взглядом.
— Ладно, — сказала она, сжав зубы. — Никита, давай попробуем так.
Я вернулся на первый ряд к Геннадию и сел.
— Коньячку? — предложил он и протянул мне уже изрядно опустошенную «сиротку».
— Дядя Слава, можно без предисловий, да? — сказал я, усаживаясь напротив Грохотова.
— Нужна помощь? — Грохотов сделал подчеркнуто доброе лицо и сложил руки на стол перед собой.
— Да, — кивнул я. — Мне нужно человека одного достать из психушки на пару дней. А самого меня даже на порог не пустили.
— А человек-то как? — спросил Грохотов. — Нормальный? Не получится так, что ты его достанешь, а он прирежет кого-нибудь в припадке паранойи?
— Выглядит вменяемым, — пожал плечами я. — Заторможенный чуть-чуть разве что, но он и по жизни такой же.
— Речь идет о том, о ком я думаю? — взгляд Грохотова стал холодным.
— Ну я же не знаю, о ком вы думаете? — пожал плечами я. — Мне нужен Евгений Банкин. Отвечаю, я заберу его от крыльца, а потом верну обратно.
— Ладно, сейчас попробую это устроить, — вздохнул Грохотов и поднял трубку телефона. — Алексей Михайлович, Грохотов на проводе. Слушай, у тебя же были какие-то подвязки на Полевой? А кто там сейчас главврач? Тихомиров? Это он две недели назад на даче бабочку показывал? А, нет, это Мартынов… Сиплый такой? Да, помню, помню…
Я откинулся на спинку кресла. Хрен знает, что я вцепился в этого Банкина. Он вроде как честно заслужил свою судьбу и находится ровно там, где и должен. За фокусы с Гришей и его товарищами по несчастью, я бы ему еще и в табло пару раз прописал. Но… Но.
