В этот момент из укрытия вынырнул трофейный танк. Он устремился на врага. Послышалось партизанское «ура!» Фашисты отступили.
Однако после трехдневных изнурительных боев наши отряды все же вынуждены были отойти.
Обстановка осложнялась тем, что вместе с бойцами находились местные жители, которых нельзя было бросить даже во имя спасения боевых сил: женщинам, детям и старикам грозила гибель.
В деревне Ровное Поле, в штабе бригады имени Рокоссовского, партизанские командиры собрались еще раз. Вторично было решено создать оперативную группу для координации действий всех бригад Россонщины. В нее вошли уполномоченный Белорусского штаба партизанского движения А. Ф. Бардадын, представитель Калининского штаба партизанского движения А. И. Штрахов, руководитель опергруппы ЦК КП(б) Латвии К. М. Озолинь и секретарь Россонского райкома партии Я. П. Василевич.
Для отпора врагу было задействовано тринадцать партизанских бригад и четыре отряда.
Все партизанские силы были разделены на три группы, которые должны были взаимодействовать между собой под общим командованием А. Ф. Бардадына. А. В. Романова и А. И. Штрахова.
На совещании решили разгромить карателей во встречном бою, а если это не удастся, то отойти к реке Свольне, закрепиться и стоять насмерть.
Так планировали. Но даже тщательно разработанные планы на войне не всегда осуществляются. К сожалению, партизаны опоздали. Инициатива на этот раз оказалась в руках у врага, который сумел закрепиться в занятых населенных пунктах и стал развивать наступление.
Начались тяжелые бои. Партизаны мужественно оборонялись. На десятки километров южнее реки Свольны раскинулся лесной массив. Сюда и рвались каратели.
На дороге от Урагова к Освее началось большое движение: противник перебрасывал боеприпасы и вооружение войскам карательной экспедиции. И вдруг то там, то тут начали греметь взрывы. Это действовал латышский отряд под командованием отважного командира Вилиса Самсонса. Партизаны-латыши заминировали важнейшие участки шоссе. Действия минеров задержали гитлеровцев.
Фашисты вынуждены были бросить против отряда Самсонса крупное подразделение войск. Подвергнув бомбовому удару местность, где располагался отряд, батальон гитлеровцев пошел в атаку. Народные мстители стойко держали оборону и, собрав силы у деревни Василевщины, неожиданно для карателей перешли в контрнаступление. Враг отступил, оставив на поле боя около семидесяти убитых. Понесли потери и партизаны. Погибли двое бойцов, получил ранение парторг отряда Имант Судмалис. Был тяжело ранен в обе ноги и командир Вилис Самсонс. Под огнем врага с поля боя его вынесла санитарка Велита Апсит.
В эти же дни удары по врагу на западе Освейского района наносили латышские отряды П. Ратыньша, А. Поча и другие. Упорно сдерживал натиск карателей отряд И. В. Жукова у деревни Церковно. На жгучем морозе, лежа на снегу, полуголодные бойцы калининских бригад отбивали атаки врага и выстояли.
Старики и дети, люди, которые не могли держать в руках оружие, помогали партизанам создавать оборонительные рубежи.
В тылу партизан был Россонский район, где собрались, спасаясь от расправы, тысячи мирных граждан.
Заболоченная местность перед Свольной, приведенные в негодность дороги, взорванные мосты и завалы не позволяли врагу использовать танки и другую тяжелую технику. В тыл противнику направлялись десятки летучих групп, которые совершали диверсии, наносили внезапные удары по карателям.
Пятнадцать суток пытались гитлеровцы сломить оборону партизан. Все это время не утихал бой.
В середине марта партизанские отряды, накопив силы, начали наступление. Мелкие группы, подобно осам, сильно жалили врага. От них некуда было спрятаться. Карателей залихорадило. Они стали покидать партизанскую зону. Два месяца упорных боев остались позади.
Земля, освобожденная от оккупантов, начинала обычную жизнь. Но как трудно было ее восстанавливать! Фашисты оставили после себя страшные следы разрушений и смерти.
В деревне Купоровщине среди многих изуродованных трупов местных жителей удалось установить личность и нескольких человек. Евгения Путро была избита и расстреляна, а ее семилетней дочери гитлеровцы выкололи глаза.
На опушке леса возле Микулина было найдено пятьдесят шесть трупов жителей деревни Подгайские Хутора. Опознать удалось только пятнадцатилетнего Владимира Подгайского и его восемнадцатилетнюю сестру Лиду. Наталья Кудла лежала, прижав к себе трупик двухлетней дочери.
В деревне Ардавской изверги сожгли живьем в сараях сто пятьдесят человек, в Задежье — двести пятьдесят, в Залещине — шестьдесят. Жителей деревни Мозалевщины и беженцев из других деревень согнали в сарай и в дома и подожгли. Многие пытались бежать, выламывали окна, но гитлеровцы расстреливали их из автоматов. Живыми в огне тогда погибло более ста женщин, стариков и детей.
Зрелище массовых убийств было настолько страшным, что партизан Лаврентий Чапук, найдя место казни своих родных, за одну ночь стал совершенно седым.
Всю эту ужасную быль народ назвал освейской трагедией…