«Тогда позволь мне объяснить план действий. Вторая разделила нас на несколько групп, которые сейчас занимаются своими делами. Собирают снаряжение солдат „Белых“, создают оружие и щиты… В общем, у каждого есть работа. Мы используем самодельную взрывчатку, сделанную по твоему рецепту, дабы разбить сафиритовые стены. Таким образом, никто не сможет пользоваться маскировкой и смежными комнатами для засад, наблюдения и подкреплений. Ни мы, ни „Белые“, не сможем воспользоваться возможностями сафиритовых пластин для превосходства в битве. Два отряда решили вооружиться оружием ближнего боя и щитами. Довольно мудро с их стороны, ведь амуниции у нас нету. Приходится пользоваться добытым оружием до тех пор, пока в нем не закончится заряд или патроны. Как только все пластины будут разбиты — у солдат будет только один вход в комплекс. Этот вход должен быть общедоступен. Что-то вроде замаскированных ворот или дверей. И как только они воспользуются ими — мы нападем. Потому тебе нужно контролировать все семь отрядов, когда мы найдем выход из комплекса. Шестьдесят пять человек, если не включать тебя и твою сестру. Я буду направлять твое внимание и стоять в передних рядах. Сможешь справиться с этой задачей?»
От меня требовали… практически невозможное. Направлять и командовать семьей. Вести их в бой и быть ответственным за их жизни. На моих плечах будет висеть судьба не только моей семьи, но и моя собственная. Я ничего не мог поделать с собой.
«Я… справлюсь. Если ты будешь направлять меня в нужную сторону — я определенно справлюсь.» — Услышав мои слова, некоторые братья и сестры обратили на меня внимание. Мой серьезный тон, спокойствие, громкость и звонкость — вот что их привлекло. Они еще не знают, на что я согласился. Похлопав меня по плечу и кивнув в мою сторону, Нулевой быстро стер все с планшета и легким движением руки написал на планшете: «Спокойной ночи.» после чего - ушел, покинув Медицинский отсек. Я же, раздумывая над тем, что меня ждет, лег обратно в свою капсулу, аккуратно подвинувшись к сестре и расположив ее на себе. Мне оставалось только ждать начала атаки. Когда меня разбудят. Когда меня поставят во главе всего и вся. Все, что я могу сделать — это обнять свою сестренку и обещать себе, что все будет в порядке.
Все было готово. Каждая сестра и брат были вооружены и готовы к битве. Некоторые охраняли вход в Медицинский отсек, пока Вторая делилась планом со всеми остальными.
«Итак, нам удалось найти вход в комплекс. Сейчас солдаты „Белых“ пытаются закрепиться у него и напасть на нас всеми доступными силами. Нам надо сделать это первыми. Выход из комплекса находится в зале. Солдаты не пытаются закрыть входы и выходы из зала, но они пользуются размерами зала в свою пользу. Нам нужно пробиться в зал, покрывая их плотным огнем.» — Она громко и четко разъясняла план всем братьям и сестрам, собравшихся около нее. После, она обратила на меня внимание и указала на меня пальцем, оглядывая толпу братьев и сестер. — «Я отдам командование нашему брату Девяносто девятому. Как только мы начнем движение в сторону зала — все приоритеты уйдут к нему. Слушайтесь и повинуйтесь каждому его слову, даже если его приказы будут сравнимы с самоубийством.»
Я был удивлен ее словам. Она доверилась мне и доверила мне жизнь всей семьи. Доверие — хрупкая вещь. И сейчас она могла с легкостью сломаться, если я сделаю что-то не так. Я мог лишь смириться с тем, что может произойти. Мои глаза оглядели каждого брата и каждую сестру в отсеке. Некоторые были одеты в броню солдат «Белых», на которой можно было увидеть странные рисунки и линии, нарисованные кровью. Некоторые держали в руках энергетическое оружие, пока все остальные рассматривали в руках пистолеты и винтовки. И только восемнадцать человек держали в своих руках самодельные щиты и оружие ближнего боя. Щиты были сделаны из столов, а ножки столов уходили на вооружение. Из ножек были сделаны колы, копья, дубины и даже… что-то схожее с клинками. Я лишь осматривал их и говорил себе: «Ничего не выйдет». Говорить о том, на сколько это плохая идея, я не стал. Я лишь вздохнул, кивнув в сторону Второй.
«Настал час показать „Белым“ нашу силу!» — Вскрикнула она, направив свой пистолет в сторону выхода. Ее речь поддержали радостными криками и кличем.
— «Мы будем сражаться, как одна семья! Мы умрем, как одна семья!»
========== Часть 14. Сражайся с семьей. Умри с семьей. ==========
