9 ноября 1945 года заместитель председателя Совета народных комиссаров Союза ССР Л. Берия подписал постановление СНК СССР № 2853–82сс «О мероприятиях по организации Советско-Болгарского горного общества». В нем, в частности, говорится:
«11. Обязать советскую часть правления Советско-Болгарского горного общества (т. Гукова) по согласованию с болгарской частью этого общества разработать и в двухмесячный срок представить на утверждение правительства Союза ССР и правительства Болгарии:
а) устав Советско-Болгарского горного общества и б) предложения по развертыванию работ общества в 1946–1947 гг. на месторождениях „Готен“ и „Стрелча“, а также по организации геолого-поисковых и геологоразведочных работ в других районах Болгарии».
Американцы, естественно, сразу же заметили активность наших инженеров в Болгарии, и их разведка начала действовать. Была попытка организовать похищение Щорса – он лучше других знал, что происходит на рудниках Болгарии. Однако американские агенты (в основном это были местные турки) были раскрыты и перевербованы. Началась «болгарская игра» двух разведок, которые активно поставляли друг другу дезинформацию. До сих пор обе спецслужбы хранят тайну: кто же выиграл?
Павел Судоплатов, возглавлявший в те годы нашу «атомную разведку», считает, что американцы проиграли нам, так как главным итогом стал тот уран, который был получен в Болгарии и использован для пуска первого реактора.
«Из Бухово поступало примерно полторы тонны урановой руды в неделю, – пишет П. Судоплатов. – Наша разведка обеспечила работавших на урановых рудниках американскими инструкциями и методикой по технике добычи урана и его учету».
Допустим, американские разведчики переиграли бы наших и добыли бы уникальные материалы из сейфов руководителей Советско-Болгарского горного общества. И каково же было бы их удивление, когда они обнаружили бы свои собственные документы со своих собственных рудников и из своих секретных лабораторий! А именно их так строго берегла советская разведка…
15 августа 1946 года для Сталина руководители Атомного проекта СССР подготовили «Отчет о состоянии работ по проблеме использования атомной энергии за 1945 год и 7 месяцев 1946 года». В нем подробно проанализировано состояние сырьевой базы по урану. Есть в отчете и раздел «Рудники за границей». В нем, в частности, говорится:
«За границей Первое главное управление ведет работы в Болгарии на Готенском месторождении, в Чехословакии – на Яхимовских рудниках и в Саксонии – на рудниках Иоганнгеоргенштадт.
В 1946 году по заграничным рудным предприятиям дано задание добыть 35 тонн урана в руде.
Эксплуатационные работы на этих рудниках начаты в апреле-мае 1946 года, за 3 месяца на 20 июня 1946 года добыто 9,9 тонн урана в руде, в том числе в Чехословакии 5,3 тонны, в Болгарии – 4,3 тонны и в Саксонии – 300 килограммов…»
Ясно, что без урана из заграничных рудников И. В. Курчатов не смог бы пустить в декабре 1946 года первый в Европе атомный реактор.
Советско-Болгарское горное общество было преобразовано в 1956 году в Болгарское национальное предприятие «Редкие металлы». Участие его в создании советского ядерного оружия стало лишь одной из страниц его биографии.
Практически на каждом заседании Специального комитета при Совете министров СССР весной, летом, осенью и зимой 1946 года заходила речь о комбинате № 817, строительство которого разворачивалось на Южном Урале.
Это был плутониевый комбинат, где должен был появиться первый промышленный реактор. На нем предполагалось получать 100 граммов плутония в сутки. Для атомной бомбы, по расчетам, нужно было 10 килограммов.
Протоколы заседаний Специального комитета напоминают сводки боевых действий:
«1. Поручить:
