К полуночи оба дроу действительно выглядели как конфетки… лакричные. А вот я готова была уснуть в любой позе и, в принципе, уже в любом месте. В академии я тоже где–то в это время начинала разыскивать кратчайшие пути к кровати. Рикиши под осуждающие взгляды трех молодых жриц молча подхватил меня на руки, а я обняла его за шею и прижалась щекой к плечу. Мужья, братья, дроу… Переход в очередной новый мир… Не знаю, может, я и не права, доверяя своему нетопырю все больше и больше, но когда он рядом, — мне спокойно. Это инстинктивная особенность у большинства женщин — потребность в надежном, уверенном, спокойном мужчине рядом. И ему совсем не обязательно при этом решать все твои проблемы, — часть ты осилишь самостоятельно, просто ощущая его плечо, как поддержку… и как подушку, на которой можно сладко заснуть.
Правда, я ненадолго проснулась, когда меня усаживали на коня — низенького, темненького, лохматого… Пришлось даже какое–то время подержать поводья, а потом подождать, пока меня привяжут к усевшемуся передо мной Бхинатару. Так что большую часть пути я проспала на спине у мужа, лишь иногда приоткрывая глаза и оглядываясь вокруг.
Дорога в лесу… Большая поляна, где мы все зачем–то столпились… Нас окутало туманом, а когда он исчез, — поляна изменилась… и я снова уснула, как мне ни хотелось полюбоваться на поле из почти родных маков, где мы очутились. Потом мы снова куда–то скакали почти бесшумно, потому что копыта лошадок обернули какой–то мягкой тканью. Мне это не очень понравилось, — раз надо скрываться, значит, есть от кого. Я даже обернулась, чтобы найти взглядом Рикиши, увидеть его успокаивающую улыбку и снова уснуть. В следующий раз я проснулась, когда мы уже въехали в город. Здесь довольно быстрый аллюр сменился на медленный шаг, и это меня разбудило. Приподняв голову, я принялась изучать окрестности.
Город — как город, обычный такой, средневековый, даже не в готическом стиле.
— Вот здание ратуши, — пояснил Бхинатар, махнув на замок в три этажа высотой с башенками и большими часами лишь с одной стрелкой — часовой. — Здесь регистрируют всех представителей других рас, желающих торговать с дроу, заключают договора между различными гильдиями. — Убедившись, что я внимательно слушаю, муж продолжил: — А чуть левее здание мэрии, там заседают представители от каждого из Домов, живущих в этом городе. Их положено менять каждый год, так что в каждой семье есть не менее пяти жриц, участвующих в таких советах по очереди.
— Ущербный город, пограничный. Тут пошли на уступки иблитам и попрали большую часть обычаев дроу, — влезла одна из молоденьких жриц. По–моему, та, что оцарапала Чхара. Так и тянуло ляпнуть что–нибудь типа: «Тебя не спросили!».
Но Бхитанар вежливо заткнулся, поглядывая на жрицу, не то чтобы с уважением, но с опаской. Однако ситуацию сгладила Шинтафэй, строго зыркнув на нахалку, так что тема иблитов в этот раз оказалась раскрыта не полностью. Хотя, судя по лицу Чхара, он был совершенно согласен с девушкой. Тоже мне, лютый иблитоненавистник, полукровка. Хотя в жизни так всегда — самые активные борцы с чем–нибудь обычно те, кого можно запросто в этом чем–нибудь упрекнуть. Такой забавный способ маскировки…
— Это Тханфортхроу, — Шинтафэй решила тоже поработать экскурсоводом. — Действительно, город на границе Ноакиндомской империи и живущие здесь дроу принесли себя в жертву во имя покоя остальных. Тут заключаются все сделки с иблитами, и здесь часто можно встретить смесков, — на черной коже Чхара отчетливо проступил бордовый оттенок. — Некоторых из них даже признают за дроу, особенно, если это дитя, рожденное в законном и выгодном для Дома браке, как твой брат, например. Такие, при правильном воспитании, отличаются особой преданностью Ллос и вырастившему их Дому. Потому что очень хорошо знают, что ждет непризнанных семьями смесков. Последняя фраза была сказана таким тоном, что даже я зябко поежилась не то, что бедняга Чхар. — И еще они очень хорошо знают, какое наказание ждет труса и предателя…
Так, по–моему, прямо при мне происходит ненавязчивое запугивание моего брата. А ведь я Шинтафэй за хорошую считала…
— Мне казалось, что при смене семьи обязательства перед прежней аннулируются, — не удержалась, влезла. Не нахамила, но намекнула, что готова защищать своих мужчин, по мере сил и возможностей.
— Да, верно, — Шинтафэй согласно кивнула, с интересом посмотрев на меня. — Но не тогда, когда новая семья является младшим Домом прежней. Мальчишку, если он выживет, ждет жестокое наказание, так что пусть не расслабляется.
Выдав это, женщина поскакала вперед к одноэтажному зданию недалеко от мэрии.
— Это дом моей матери, — пояснил Бхинатар. — Сама она вряд ли оставит Йультиакаэль, скорее всего, нас ждет Зива Эль, моя сестра.
Нас, действительно, ждала Зива Эль, вернее, это мы ее ждали, пока Шинтафэй общалась в отдельной комнате с этой красивой молодой женщиной.
