– Я все прекрасно понимаю, – Кэри поднялся и фыркнул, – и даже лучше, чем ты можешь себе представить... как там тебя? Тим, – и медленно прошествовал мимо, направляясь к водосточной трубе. – Буду к ночи, впрочем, можешь не ждать, если мое общество тебе противно.
Тим хотел возразить, но не осмелился. Он свернулся клубком, стараясь не думать о холоде. На душе было тяжело, и хотелось выть как собаке.
– Мммерзнешшшь? – Милорд взмахнул пушистым хвостом. Слякоть он не любил, потому при каждом шаге встряхивал лапами.
Тим не ответил.
– А у меня дома рррыба и даже сссливки, – сообщил он. – А еще обогрефффатель.
Вкус сливок Тим давно забыл, а останки рыб валялись в контейнере – ешь сколько влезет. Вот обогреватель – совсем другое дело.
– Ну не упрррямься, – облизнулся Милорд. – Пойдем со мной.
– Меня все равно не пустит твоя хозяйка, – огрызнулся Тим.
– Брррось, – снова махнул хвостом Милорд. – Она обошшшает кошшшек. К тому шшше ты пошшшти анхххорррец.
«Впрочем, можешь не ждать», – вспомнил Тим. Если он обуза и совершенно не нужен, то и пожалуйста!
– Ну пошли, – сказал он, поднимаясь, и потрусил за Милордом.
Его хозяйка действительно оказалась доброй, а квартира, в которой она жила, – просто шикарной.
– Какой же ты красивый! – с придыханием произнесла женщина, и Тим не понял, как на это реагировать. Он помнил, что сер, худ, длинноног и ушаст. Неужели изменился? И крыльев у него не имелось точно, а теперь они распрямились от похвалы, расправились и, кажется, были жемчужного цвета и почти такие же большие, как у Кэри.
– Я что же… тоже дракот? – не поверил он.
– Дурак ты, – снисходительно фыркнул Милорд. – Стал бы иначе Зверь с тобой возиться.
Первым делом перед ним поставили блюдечко со сливками, а потом подали рыбу. Очень вкусную. Никогда в жизни он не ел ничего подобного.
Обогреватель был восхитителен. Тим прикорнул после обеда, а когда его погладили по голове, довольно замурлыкал.
– Ну просто ирбис, – восхищенно ахнула женщина, и Тим не почувствовал в ее голосе фальши. Он действительно ей понравился.
Потом играли в мяч. Милорд вальяжно устроился в кресле, а Тим носился по всей квартире, притаскивал игрушку в зубах и подпрыгивал, вызывая восторженный смех женщины.
Затем он снова уснул, свернувшись клубком возле обогревателя, а проснулся от странной непривычной тоски. За окнами медленно темнело, и вместе с небом сумерки проникали и в его душу.
– Скажи, – Тим сел перед креслом Милорда. – Зачем тебе понадобилось приводить меня?
– О шшшем ты? – зевнул тот.
– Вряд ли тебе нужен конкурент в доме, – уточнил Тим.
– Шшштобы за мящщщиком бегать? – дракот снисходительно покосился на него. – Не сссмешшши...
Тим вздохнул. Встал. Оглядел комнату и направился к хозяйской кровати. Краем глаза заметил, как напрягся Милорд. Тот даже привстал. Лени в грязно-желтых глазах больше не было. «Сейчас кинется», – подумал Тим и резко обернулся, выгибая спину:
– Пррравду!!!
Милорд зашипел и распушился:
– У Черррного научился, да? Прафффды захххотел. А она ффф том, шшшто не только он тебя ночью греет, но и ты ефффо. И фффзял он тебя только за этим!
– Ты... ты... ты хотел, чтобы Кэри замерз, пока я тут?.. – у него подогнулись лапы. В следующее мгновение Тим несся к двери, истошно орал и царапал дорогую обивку.
Кэри самозабвенно раздирал коробку.
– Я решил привнести в наше милое существование больше уюта, – пояснил он, оторвался от занятия и подошел к нему. Принюхался. Тим заметил, как волоски на ушах Черного приподнялись. – А ты чем занимался? – чихнул. – М... даже так? – обошел вокруг него, развернулся и, не глядя, рявкнул: – УбиРРРайся, пРРРедатель!
Тим подскочил на всех четырех лапах. Гибкое черное тело исчезло за изодранной картонкой. Нечего было и думать идти мириться. Тим сам все испортил. Сначала накричал. Потом пошел с Милордом. И, главное, зачем? Гори все обогреватели синим пламенем! Ведь не хотел же!..
Он вздохнул и свернулся калачиком, пряча под себя лапы, а нос – в кончике хвоста.
Начиналась пурга. Сон не шел. Тим пытался считать мышей или ворон, но ничего не выходило.
– Эй, мелочь, – донеслось сквозь завывание ветра, – иди сюда, замерзнешь же.
Может, Кэри и заботился только о себе, но как же Тим был ему благодарен!
Внутри коробки оказалось едва ли теплее, чем снаружи. Тим свернулся, привалившись к горячему боку Кэри, и очень быстро согрелся. Засыпая, он почувствовал, как Черный повернулся так, чтобы площадь соприкосновения была больше. Прикрытых век коснулось теплое дыхание, и Тиму почудилось, что Зверь улыбнулся. Конечно, он знал, что дракоты, как и обычные коты, этого не умеют, но другу – теперь в том не было сомнений – удавалось.
В январе пировали все окрестные коты и даже собаки. Люди выкидывали столько съестного, что никакой мороз не был страшен. Зима потекла веселее. К тому же Кэри научил его греться на капотах только приехавших машин. Таких в их дворе скапливалось на удивление много. Особенно ближе к ночи.
