— Уже нет, — издевательски прохрипела Джамиля, когда пальцы Даниала сомкнулись на ее тонкой шее.
В ту же секунду все его демоны вырвались наружу. Даниал накрыл ее губы своими, целовал жадно и сильно, как только мог; сминал, кусал, наслаждался против ее воли. А потом неожиданно и она ответила, впустила, включилась в игру, позволяя его языку скользить внутри и вытворять такое, отчего у нее закружилась голова.
Подхватив Джамилю на руки он быстро сориентировался и положил ее на широкий диван, накрыл ее тело своим и продолжил целовать. Джамиля, ругая себя и проклиная его, не смогла противостоять: как всегда всё с ним было так стремительно и остро, что на мгновение она забыла о возрасте и о том, что им скоро сто лет на двоих. Обняв его за плечи, она зажмурилась и впилась ногтями в его кожу.
— Ненавижу. Уходи, — отвечала, царапая его, сжимая в руках ткань синей футболки-поло. — Иди к ней. Спи с ней.
Даниал пропустил ее слова мимо ушей, прикусив, а затем зацеловав ее подбородок. Ее красота, чувственность и запах пленили его до одури. Да, мужчина зверел от того, что кто-то другой, а не он, трогал ее сегодня. От того, что чужие руки сжимали эту талию, смотрели в эти глаза. Появилось сильное, навязчивое желание выбить из ее головы все воспоминания о другом. Даниал осыпал ее нежную, фарфоровую шею поцелуями, затем спустил лямки вниз вместе с бюстгальтером без бретелек. Коричневые вершинки призывно заострились, заставив его остановиться на несколько секунд. Он любовался.
— Не смей! Уходи! — учащенно дыша, приказала Джамиля, пытаясь убрать от себя его руки. Но как только Даниал склонился и вобрал в рот правый сосок, она прогнулась в пояснице и принялась царапать обивку дивана.
— Ммм… уходи! Уходи! Я не хочу!
Требовала она, сдерживая стон от того, что он кружил влажным языком вокруг ноющей горошинки, а вторую перекатывал большим и указательным пальцами, доводя до исступления.
Сладкое тепло горячим молоком разлилось там, где не должно было. Она ведь приказала себе не хотеть, но если разум кричал “нет”, тело с готовностью отзывалось на каждую новую, безрассудную ласку. Потому что тело и душа помнили этого уже чужого человека. Он ведь был первым и единственным, а память сердца, как известно, жестока и коварна.
Даниал дрожал от возбуждения. Желание огнедышащим драконом теснилось, изнывало, рвалось наружу. Здесь и сейчас, в его руках, маленькая Джамиля была настоящей, злой, страстной, плохой и до слепого обожания хорошей.
— Отпусти! Прекрати! Я не хочу тебя!
— Себе хотя бы не ври, — прошептал в полуоткрытые губы, скользнул ладонью вниз, задрал подол ее платья и накрыл пальцами треугольник, прикрытый тонкой тканью.
— Нет, — выдохнула она и прикусила щеку, когда он дотронулся до самого запретного и с треском разорвал единственный барьер двумя руками. Она попыталась свести бедра, но он силой развел их в сторону. Щеки заалели и жар прокатился по всему телу, когда теплой подушечкой он настойчиво надавил на чувствительные узелок внизу.
— Даниал, нет… Дааа….- всхлипнула она, с горечью осознавая, что сойдет с ума, если он уберет руку.
— Ты все равно моя. Люблю тебя, — нависнув над ней, шептал он и кружил, надавливал, ласкал грудь языком. А она извивалась под ним, выгибалась, мотала головой, словно в бреду.
— Ей ты тоже так говорил, когда… ааах, — неконтролируемый стон вырвался из груди и эхом разлетелся по комнате.
— У меня ничего с ней нет, — тяжело дыша, сказал ей прямо в глаза.
— У вас ребенок. Он на всю жизнь вас связал.
Даниал хотел ответить, но в этот самый неудобный момент в заднем кармане штанов зазвонил мобильный.
— Возьми трубку, — потребовала Джамиля.
— Перезвоню потом, — ответил он и надавил пальцем так сильно и правильно, что она закричала и содрогнулась. Разрядка наступила так молниеносно, что это шокировало обоих. Это было похоже на мощное землетрясение, когда тряхнуло один раз, а затем последовала серия афтершоков — повторных толчков.
Звонок прервался, но через секунду повторился. Она медленно приходила в себя, пока Даниал, лежа на ней в одежде, целовал ее лицо и гладил по волосам. Но шестое чувство подсказало Джамиле, что звонит та, другая. И мимолетная радость сменилась яростью. Ей оставалось только перехитрить его. Ладонь поплыла вниз по крепкой мужской спине. И только когда Джама нащупала край телефона в заднем кармане и потянула его вверх, Даник все понял и напрягся. Каким-то чудом Джамиля умудрилась достать смартфон и оттолкнуть Даниала Соскочив с дивана и сжимая дрожащими пальцами черную коробочку, она взглянула на дисплей и изменилась в лице.
— У вас ничего нет, но она звонит, — повернула экран к Даниалу и замерла в ожидании.
— Дай телефон, я сам с ней разберусь, — протянул он руку.
Но она сделала по-своему: нажала на зеленый значок в нижнем углу экрана и сразу же вывела звонок на громкую связь.
— Да? — спросила недовольно.
— Алло? — Риана на том конце провода была в замешательстве. — Даниал?
— Он сейчас занят. Говори, — на несколько секунд Джамиля почувствовала свою власть над ней.
