А.П.Чехов: Pro et contra полностью

«Напишите рассказ». Но замечательно, что если бы темы для него не дал сам Чехов, то никто бы и не заметил этого пере­воспитания, этого преодолевания рабских начал, так как уже в самых ранних письмах Чехов — свой, а не чужой, и обнаружи­вается там аристократичность его нравственной природы, джен­тльменство сердца, та врожденная «легкая душа», душа без ду­хоты, то «око доброго человека», которых он ждал от своих корреспондентов. В требованиях к людям очень далекий от мо­рального педантизма, он не переносит одной только пошлости, своего лютого врага, который угнетал его и как человека. Ему нужно, чтобы мы брали друг у друга одно только положитель­ное, его замечали, им дорожили. «У Ноя было три сына: Сим, Хам и, кажется, Иафет. Хам заметил только, что отец его — пьяница, и совершенно упустил из виду, что Ной гениален, что он построил ковчег и спас мир» ¹⁵⁹. О, этот второй сын Ноя, веч­ный Хам, предок многочисленных потомков! В бесконечных раз­новидностях являлся он перед Чеховым, открытый или в футля­ре, а футляры наш писатель видел разные, между прочим, и либеральный, тот ярлык, которым иные «глупые суслики» опошляют великую традицию свободы. «Шестидесятые годы — это святое время, и позволять глупым сусликам узурпировать его — значит опошлять его» ¹⁶⁰. «Я не верю в нашу интеллиген­цию, лицемерную, фальшивую, истеричную, невоспитанную, ленивую, не верю даже, когда она страдает и жалуется, ибо ее притеснители выходят из ее же недр. Я верю в отдельных людей, я вижу спасение в отдельных личностях, разбросанных по всей России там и сям, — интеллигенты они или мужики; в них сила, хоть их и мало» ¹⁶¹. Не приписанный ни к какому лагерю, «дикий» и в своей дикости такой терпимый, либерал души, Че­хов не переносит фирмы и умственного сектантства: «Я ненави­жу ложь и насилие во всех их видах; фарисейство, тупоумие и произвол царят не в одних только купеческих домах и кутуз­ках; я вижу их в науке, в литературе, среди молодежи» ¹⁶². Ему претит всякая профанация идеальных ценностей. «Интеллиген­ция пока только играет в религию» ¹⁶³, и тем хороши мусульма­не, что «у них нет религиозных дам — сего элемента, от которо­го мельчает религия, как Волга от песку». Мели — от человека; сама же по себе религиозность глубока. Фраза — от человека; но слово — от Бога.