– Эй! – с полным равнодушием крикнула я, совершенно ничему не удивляясь и уж тем более своему поступку. Я понимала, что это ненормально, но мне было плевать. – Эй, вы! Кто вы? Зачем вы здесь? Что делаете?
Мне не хотелось узнавать ответы на свои вопросы. Я задала их просто так. И, видимо, призраки это поняли, раз решили мне не отвечать. Да и какая разница? Они всё равно не существовали. Просто обман зрения или я сошла с ума…
Тело само двинулось, а я не стала сопротивляться. Сколько зима ни длилась, сколько снега ни навалило, каких холодов бы ни было, а лёд был всё равно непрочный, и я в этом лично убедилась, когда вышла на него.
Треск. Треск. Треск.
Лёд – как душа. Трещал, желая выпустить на волю всю свою бурю, скрипел, мечтая стать молодым, недовольно ворчал под моими шагами. А мне абсолютно всё равно. Я понимала, что достигла пика своего равнодушия, «сыворотка» обрела всю свою мощь: меня даже не пугало, что я могла сейчас умереть, а моё тело никто и никогда и не найдёт – просто унесёт океан.
А мне без разницы.
Настолько без разницы, что я шла мимо всех этих призраков к самому краю, где волны омывали корку льда. Настолько без разницы, что я не ощущала ни реальности, ни своего тела, ни тем более саму себя. Настолько без разницы, что я угасала с каждой секундой всё больше, а бороться за жизнь не видела никакого смысла. Его просто не было. Не было его, вот и всё. Не было.
Н-е-с-у-щ-е-с-т-в-о-в-а-л-о.
Как и меня – ледяная вода мгновенно убила меня своей темнотой.
XII: А реальность окрасилась в чёрный цвет
Я тонула.
Воздуха катастрофически не хватало.
Руки двигались медленно, ноги – ещё медленнее. Вязкая жидкость – не вода – чёрная, как кровь демонов, окружала меня со всех сторон, липла к спине, мурашками проводила по шее, пыталась залезть в рот. Ничего не видно, ничего не слышно, ничего не чувствуется. Только удушающая боль в прямом смысле этих слов.
Где выход? Где поверхность? Что происходило?
Нет.
Нельзя думать.
Надо спасаться.
Отчаянно хотелось выплыть на воздух, но вокруг – сплошная темнота. Я не ощущала температуры воды и не чувствовала, что бы тонула. Как будто просто застыла на месте неизвестно где – может, океан, может, болото, может, и вправду море крови…
Неужели это и есть смерть? Или ад, что оказался совершенно не таким, каким мы себе его представляли…
Что-то царапнуло меня за плечо. Я мгновенно ощутила ужас, волной окативший меня с той точки, где меня коснулся… кто? Обезображенное лицо водяного монстра быстро проплыло передо мной и разорвало одежду и кожу на моём животе. Почувствовав непривычно сильный страх, я попыталась ударить неизвестное существо, но двигалась слишком медленно. Кто-то ещё проплыл мимо меня, задев острыми когтями мою вытянутую руку. Дикое отчаяние захлестнуло меня так, словно я сейчас находилась в нём, а не в некой мутной воде.
Больно? Только если душе. Но никак не телу.
Брыкаться, размахнуться, увернуться – почти оставшись без воздуха, я мужественно пыталась защититься от нападающих на меня монстров. Впервые я испытывала столько безнадёжных эмоций, столько страха, отчаяния и безумия. Впервые я по-настоящему не знала, что делать, как спасаться. Впервые я не ощущала себя победительницей. Знала лишь то, что я никто. Абсолютно никто в этой ситуации.
Ничтожество.
Я умирала.
Тонула. Больше не защищалась. Не дышала. Не двигалась. Медленно стекала вниз на чёрное дно. Медленно и безнадёжно. Безжизненно. А на фоне возникающих вспышек всевозможных чувств – отчётливое ощущение смерти. Такое сильное, такое притягательное, такое… страшное.
И манящее одновременно.
Вот она, смерть – зависла надо мной, как акула над жертвой, и не дышала, как и я. Смерть не знала, что такое воздух. Не знала, почему люди могли тонуть. Не знала, зачем они жили и умирали. Не знала, но покорно выполняла свою работу – изо дня в день, из года в год, из века в век. Вечно, безжалостно и бездушно.
Так могла поступать только Смерть.
– Эй…
Кислород.
Долгожданный воздух.
Свобода.
Жизнь.
Перед глазами всё плыло, голова кружилась, лёгкие отчаянно набирали как можно больше воздуха. Увидеть свет после темноты – это желание придавало мне силы, заставляло выплёвывать чёрную воду, пытаться сесть и приходить в себя.
Сложно. Трудно. Больно.
Но я терпела. Крепко сжимала кулаки, чтобы противостоять спазму. Одолевала смерть, которая подобралась ко мне слишком близко.
Вдох, выдох. Вдох, выдох…
– Ну что, очухалась?
