— Веришь, сам рад!
— Олег, ты не сердись, но мне нужно спросить, — по тому, как он прикусил нижнюю губу, понимаю что, сильно волнуется. Значит, вопрос будет серьёзным.
— Что тебя связывает с Титовым?
Аппетит пропадает сразу и бесповоротно. Отодвигаю от себя тарелку:
— Я не хочу об этом говорить.
— Но…
— Нет, никаких но… Или мы не затрагиваем эту тему, или я ухожу. Выбирай.
В его серых глазах вспыхивает упрямство пополам со вчерашней злостью.
— Я должен знать правду!
Молча встаю и иду к двери, успеваю обуться и снять с вешалки куртку, до того, как он выбегает за мной.
— Мы не будем об этом говорить, не уходи…
— Обещаешь?
— Клянусь, — он поднимает правую руку. — Самым дорогим, что у меня есть. Левым домашним тапочком.
— Почему не правым? — заинтересованно смотрю на него. В его глазах засветились весёлые искорки. Господи, до чего же он хорош.
—Правый с дыркой. Им как-то неудобно клясться. — А потом добавляет уже серьёзно: — Я не буду тебя расспрашивать. Надеюсь, когда-нибудь ты мне сам всё расскажешь. Только, Олеж, как бы не было поздно.
Он был прав, я тогда ещё не понимал, насколько он был прав. Но сделанного, увы, не воротишь…
Глава 19
Родион.
На электронных часах мирно светились зелёные цифры. Два часа ночи, а я ещё не сплю. В голове роятся мысли, прогоняя сон и заставляя осмысливать то, что происходит. Вчера забыл задёрнуть тяжёлые ночные шторы, поэтому в комнату льётся лунный свет. Я раньше не замечал, насколько он ярко освещает всё в комнате. Олежка спал, я слышал его ровное спокойное дыхание рядом со мной. Приподнялся на локте и посмотрел на своего одуванчика. Он улыбался во сне. Наверное, снилось что-то приятное. Олег — моё персональное наваждение. Я не знаю, как долго продлятся наши отношения. Боюсь, что они обречены на провал с самого начала. Если о них узнают, то мы автоматически станем изгоями. И этого не изменить. Где-то в больших городах к таким отношениям относятся намного терпимее, но только не у нас. Нет, в глаза ничего не скажут, но сторониться начнут. К сожалению, не все у нас такие, как Лерка. Она свято верит, что Любовь побеждает всё. Именно так, любовь с большой буквы «Л». И не важно, какая она. В душу начал закрадываться страх. А что будет, если все и вся будут против нас? Сможем ли мы выдержать прессинг общественного мнения? Как ни странно я не сомневался в Олеге, только в себе. Смогу ли я? Ответа не находилось, я просто его не знал. Ночь — время сомнений.
— Жалеешь? — тихий голос вывел меня из раздумий, заставив вздрогнуть. Олег пристально смотрел на меня. Неужели все мои мысли отражаются на моём лице?
- Что? – пытаюсь собраться и не выдать своего истинного состояния.
- Ты уже жалеешь о том, что между нами произошло, – Олег не спрашивал, он утверждал.
- Нет, я не жалею. Не смей даже так думать, - я попытался проглотить комок, вставший в горле.
- Не надо врать, - его голос становится жёстким, - ты не умеешь. Ты сомневаешься. У тебя всё на лице написано.
- Олег, - я стал абсолютно серьёзен, – я не сомневаюсь в нас. Знаешь, за последние годы я привык быть один, не подпуская никого себе. Нет близких – некому причинить боль.
- Это я понимаю, - он кивнул головой, как бы отвечая на свои мысли. – Тогда может быть нам не стоит продолжать всё это? Разойдёмся, как в море корабли. Всё будет намного проще.
- Не будет, уже не будет, – я усмехнулся, глядя на него. – Проще уже не будет ничего. Не знаю, как ты, а я не смогу без тебя. Уже не смогу. Вот только нас не примут. Здесь в этом городе у нас нет будущего. Я даже боюсь представить, что будет, если о нас узнают.
- Ты так зависишь от общественного мнения? Оно играет настолько большую роль в твоей жизни? – голос Олежки задрожал от волнения. Было видно, что ему очень важно получить ответ именно на этот вопрос.
- Меня так воспитали. Со страхом осуждения со стороны очень трудно бороться.
- Это, как-то странно. Ведь ты же создал себе определённую репутацию, и она не больно хорошая. И тебя совсем не заботило, что думают о тебе окружающие.
- Но это другое. Совсем другое. Ведь на самом деле меня мало кто осуждал по-настоящему. Скорее наоборот, мной восхищались.
- Родь, ты не переживай. Никто не узнает. – Олег протянул руку и погладил меня по щеке. – Сохранишь ты свою незапятнанную репутацию мачо и грозы всех девушек. Это я тебе обещаю.
Он грустно улыбнулся. Странно, но у меня сжалось сердце в предчувствии чего-то мерзкого и нехорошего. Нет. Не хочу думать. Всё будет хорошо. Я в это верю.
Видимо мои мысли опять отразились на моей физиономии, потому что парень, лежащий рядом со мной, улыбнулся и, притянув меня к себе, нежно поцеловал. Я становлюсь наркозависимым от карамельного вкуса его губ. Плевать на мнение окружающих! Да на весь мир плевать. Я люблю его. И пусть мир завидует!
Глава 20
Олег.
