— Скорее, они нас не любят, — Крис завёл квадроцикл. — Бери его и залезай.
До дома парня мы домчались минут за десять. Он находился на холме, окружённый небольшой рощей. Сама роща была обнесена огромным трехметровым забором. Кажется, дядя Криса не любил не только собак, но и соседей.
Сам дом представлял из себя большой двухэтажный особняк, но совсем не старый, а будто только-только выстроенный.
Крис завёл квадроцикл в гараж, где помимо этого стоял ещё и громадный чёрный внедорожник с матовыми окнами. Рядом с внедорожником пустовало ещё одно место. Наверное, на этой машине дядя рыжего и уехал на работу.
Скинув куртку, Кристиан протянул её мне и бросил:
— Заверни в неё пса. В доме не должно быть ни шерстинки. Если дядя догадается- башку мне оторвёт.
Я удивилась, но сделала так, как просил парень. Мало ли, какие у людей странности.
Убедившись, что щенок тщательно укутан в куртку, Крис повёл меня в свою комнату. Мы прошли по коридору, поднялись по лестнице на второй этаж, а затем на чердак по небольшой лесенке. Тут рыжий посоветовал мне располагаться, а сам полетел за аптечкой.
Я опустила щенка на пол. Тому это не понравилось, он заскулил и поднял на меня лобастую голову.
— Извини, приятель, но для меня ты слишком тяжелый. — сказала я.
Я быстро осмотрела комнату. В ней было на удивление опрятно и чисто. Совсем не так, как в голове у хозяина.
Комната находилась под самой крышей и прямых стен было всего две, одну из которых занимал шкаф, полностью заставленный пластинками. Вместо нормального потолка тут была обратная сторона крыши, состоящая из двух половинок. На одной из половинок располагалось огромное окно. По-моему это было весьма интересно. В звездную ночь можно было лечь на пол и глядеть на небо, при этом не выходя из дома.
Тем не менее, вся комната была посвящена музыке. У другой стены стоял старый виниловый проигрыватель, специально сделанный именно для прослушивания пластинок. У кровати стояло какое-то непонятное приспособление, с проводами и множеством кнопок, вероятно тоже каким-то образом связанное с музыкой. Но больше всего взгляд притягивали гитары. Их было целых три- причём все совершенно разные и непохожие друг на друга. Я, как человек, нисколько не разбирающийся в музыке, могла только догадываться о их различиях.
Но вот люк в полу открылся- вернулся Кристиан с аптечкой. Он водрузил аптечку на письменный стол и жестом приказал поставить туда щенка.
Щенок при ближайшем рассмотрении оказался чёрным, с белыми пятнали на лапах и груди. Как сообщил Крис, это питбуль, но не чистокровный.
— Вытри ему лапы полотенцем. — посоветовал парень, а сам принялся доставать всевозможные бутыли и скляночки с непонятным содержимым. При этом он переодически косился на пса и бормотал под нос:
— Так, на лапах стоит, значит хребет в порядке, задние лапы тоже…
Я продолжала протирать щену лапы мокрым полотенцем. Когда я дошла до передней, тот взвизгнул и поджал её. Крис снова поднял голову.
— Проверь, есть ли у него перелом.
Я растерялась.
— Как? Я не умею.
— Просто пощупай, в порядке ли у него лапа. — начал раздражаться рыжий.
— Почему бы тебе самому этого не сделать?
— Да не могу я! — рыкнул он, да так, что мы с щенком на пару подскочили. — Меня собаки не любят, я уже говорил. — продолжил он, уже спокойнее. — Смотри.
Он протянул к щенку руку. Тот шарахнулся от неё, как от огня и тихонько зарычал.
— Почему он злится? — удивилась я.
— Он не злится. — вздохнул Крис. — Он напуган. И так всегда. Это наследственное, у дяди так же. А теперь пощупай ему лапу
Я потрогала лапу, но ничего особенного не заметила, о чем и сообщила рыжему.
— Что же, — сказал он. — Будем надеяться, что не перелом.
— Постой, — вдруг вспомнила я. — Но ты же вынес его из книжного на руках.
— Тогда его больше пугала та парочка, чем я. — фыркнул Кристиан. — Ты не отвлекайся, не отвлекайся. Ему ещё рваное ухо надо обработать, да и порез на боку. Главное, чтоб не загноился. А теперь залей ему это в рот.
— Это ещё зачем? — я покосилась на странную жидкость в склянке.
— Для поддержания иммунитета.
— Ты что, начинающий студент-медик?
— Да не медик я. Дядя у меня больницы не признает, так что, если что случается, то самим приходится лечиться.
Тут я поняла, что до сих пор не знаю возраст Криса. Может, он в школе учится, а может, в институте. Кто знает, может ему уже за двадцать?
Я вспомнила того типа из магазина. Крис сказал, что они бывшие друзья. Если они и вправду дружили, то, наиболее вероятно, что они ровесники. То есть рыжему уже больше двадцати? Я посмотрела на парня. На двадцать тот не выглядел. Чёлка спадала на лоб и немного закрывала угольно-чёрные блестящие глаза. На щеках только-только начала пробиваться щетина. Если приглядеться, то на носу можно было заметить несколько веснушек.
Крис заметил, что я его разглядываю и нехотя оторвался от своих склянок:
— Чего?
— Да ничего, — хмыкнула я, заливая щенку в рот жидкость из склянки. Тот особо не сопротивлялся. Украдкой я продолжала косится на рыжего, и вскоре любопытство взяло своё.
— Крис, а сколько тебе лет?