Ну, скорее всего я опять себя накрутила. Немного расстроилась из-за конфликта с Евгенией… Я уже решительно взялась за ручку двери, но вдруг услышала шаги и голоса, раздававшиеся из коридора. Чёрт, значит они ещё не в столовой… И дать задний ход никак не получится.
Я всё же решила попробовать. Может, мне удастся проскользнуть на лестницу, пока они не вышли из прихожей… Я рванула с места и понеслась к спасению. Лучше мне вообще с ним не встречаться… Да и Евгения меня окончательно возненавидит, если я всё ей испорчу.
Я свернула за угол и с разбега в кого-то врезалась. Мгновенно потеряв равновесие, я постаралась удержаться на ногах и схватилась за небольшой деревянный столик с возвышавшейся на нём вазой. Тот пошатнулся и стал заваливаться на бок, и ваза мгновенно с него слетела. Я с ужасом наблюдала, как она быстро приближается к полу.
Но вдруг, к моему удивлению, ваза остановила своё падение. Точнее, её поймал тот человек, в которого я врезалась.
Сжав керамическое изделие в руке, тот протянул его мне. На указательном пальце у человека было кольцо с каким-то символом. Где-то я уже определённо такое видела…
— Нужно быть осторожнее, юная леди, — сообщили мне откуда-то сверху.
— Вообще-то… — попыталась я возмутиться, но вдруг замерла. Я вспомнила, где я видела это кольцо. Подняв голову, я уверилась в своей догадке и окончательно решила заткнуться.
Эрнест, Эрнест… Почему именно этот Эрнест? И как я раньше не додумалась?
Я оглядела мужчину. Тот в свою очередь, разглядывал меня.
Тёмные, с проседью коротко стриженные волосы, нос с ярко выраженной горбинкой, острые черты лица, худая фигура… Насмешливый, неприятный взгляд тёмных глаз с желтыми крапинками по краям зрачка. Слишком насмешливый, слишком неприятный… Чёрт, значит он узнал. Точно узнал.
Значит, как над животными издеваться и просить Вольта заставить меня смотреть на это — нормально, а теперь я ещё и юная леди… Ничего себе. Да и понятно теперь, от кого Евгения таких выражений набралась.
Через мгновение за спиной Эрнеста материализовалась и сама Евгения.
— Эрнест… — обратилась она к нему, но вдруг замерла — увидела опрокинутый столик и вазу в руке мужчины.
— Это он, — не моргнув глазом, соврала я.
От такого наглого заявления Эрнест немного растерялся и попытался что-то сказать, но тут в коридоре появился Вольт. Выглядел он ужасно раздражённым и недовольным, но, при виде сией картины, уголки его губ поползли вверх.
— Пап, ты решил украсть несчастное хрустальное изделие прямо из-под носа у хозяйки? Зачем оно тебе? — будто бы серьёзно поинтересовался он.
— Я не собирался, — только и смог сказать Эрнест, но тут же взял себя в руки и аккуратно передал вазу Евгении. — Просто случайно задел столик, не говори глупостей, сынок.
— Ничего страшного, — отозвалась Евгения, играя радушную хозяйку. — Я сейчас всё поправлю. Пожалуйста, проходите. Обед уже на столе, я сама всё приготовила.
Я хмыкнула и первая проследовала в столовую. И зачем весь этот балаган? Евгения разбиралась в кулинарии и готовке примерно так же, как я в управлении космической ракетой, а Эрнест вряд ли обращался к Вольту с формулировкой "сынок".
И вправду, стоило нам нам зайти в комнату, как заботливый папаша размахнулся и отвесил Вольту сильный подзатыльник, от которого парень чуть покачнулся вперёд.
— Ещё раз вякнешь что-нибудь подобное, запру тебя в подвале, — рявкнул Эрнест, сопровождая свою речь соответствующей жестикуляцией. Моего присутствия он совершенно не смущался. — Ты меня понял, Вольт?
Вольт ничего не ответил, а лишь довольно усмехнулся и примостился на стул. Я уселась на соседний.
Эрнест сел напротив нас, оглядел стол, заставленный едой, а затем резко поднял голову и, взглядом, буквально впечатал меня в стул. Если бы взгляд мог как-то воздействовать с окружающей средой, то меня бы наверняка уже к чертям раздавило. Я ожидала, что он что-нибудь скажет или, на худой конец, метнёт в меня столовый нож, который он уже несколько секунд задумчиво прокручивал в руке, но тот просто отвернулся. Наверное решил, что на первый раз с меня достаточно.
Я взглянула на Вольта. Тот сосредоточенно рассматривал наш потолок и делал вид, что ничего вокруг не существует. Сегодня он был облачён в черный пиджак и чёрную рубашку с заклепками. Тут уж наверняка Эрнест постарался и заставил сына сменить старые футболки на что-то более "приличное". Вольт такое бы в жизни не надел, по крайней мере, добровольно и в внешкольное время.
— Тебе идут рубашки, — решила я подколоть парня от нечего делать.
Тот одарил меня точно таким же взглядом, как и его отец, и холодно произнёс:
— Спасибо.
По интонации "спасибо" ничем не отличалось от "иди к чёрту".
Нет, вообще, я не издевалась — костюм Вольту действительно шёл, но только вот чувствовал он себя в нём не очень уютно, и это сильно бросалось в глаза.
— Slipknot? — негромко спросил Вольт, разглядывая мою футболку. — Зачётно. С каких это пор ты их слушаешь? Кстати, отца ты просто шикарно уделала. Это же ты вазу уронила?
Мы одновременно покосились на Эрнеста.