Существо не привыкло, чтобы его хватали, тем более какая-то мелкая девчонка. Он яростно извивался, щелкая гигантским ртом, пытаясь ее сбросить и трясясь всем телом так, что кости клацали друг о друга.
Наконец, отчаявшись отцепиться, зетек воззвал к собратьям:
— Куд! Наттум! Сюда, в трюм! Скорее!
Через несколько секунд на краю палубы появились Куд и Наттум.
— Метис, — ухмыляясь, сказал Наттум. — У тебя для меня девочка.
Он раскрыл рот и сделал такой мощный вдох, что Кэнди пришлось серьезно сопротивляться, чтобы не очутиться прямо у него в пасти.
Куду такие шутки были неинтересны. Он оттолкнул Наттума.
— Она моя, — сказал он. — Я хочу есть.
Наттум толкнул его в ответ.
— И я! — проворчал он.
Пока они спорили, Кэнди воспользовалась возможностью и начала звать на помощь.
— Кто-нибудь! Шалопуто! Чарри!
— Поздно, — сказал Куд, перегнулся через край, поймал ее и потянул вверх, сделав это настолько быстро и резко, что Кэнди выпустила Метиса. Ее ноги заскользили по рыбе, а потом она повисла в воздухе, приближаясь ко рту Куда, похожего на зубастый тоннель.
В следующую секунду все вокруг потемнело. К ужасу Кэнди, ее голова действительно оказалась во рту зверюги.
Хотя весь ее череп был во рту зетека, Кэнди все еще слышала звуки, доносившиеся из внешнего мира. Точнее, одну-единственную глупую, развеселую песенку, которую пел скрипучий голос Малыша Коммексо.
— Счастье! Счастье! Счастье! — визжал он.
В эту тяжелую минуту Кэнди обратилась с краткой молитвой к любому Богу или Богине Абарата и Иноземья. Молитва была очень простой: «
И ее молитва была услышана.
Прямо над ней раздался глухой удар, и Кэнди ощутила, как напряженные челюсти Куда расслабляются. Она мгновенно выдернула голову у него изо рта. На этот раз скользкая рыба помогла ей. Кэнди заскользила по ковру из верхоплавок и увидела, как Куд падает в трюм. Она отвела от него глаза и посмотрела на своего спасителя.
Им оказался Шалопуто. С молотком Скеббля в руке, он стоял и улыбался Кэнди. Но время его триумфа оказалось недолгим. В следующее мгновение Куд с ревом поднялся со скользкого рыбьего ложа и дернул Шалопуто за ноги, опрокинув на спину.
— Ага! — воскликнул Куд, увидев молоток, выскользнувший из рук Шалопуто. Зетек схватил его и встал. За последние несколько минут сверкание его костей стало опасно ярким. При взгляде на Кэнди в глазах зетека вспыхнули две алые точки ярости: сейчас он походил на пассажира поезда-призрака. Взмахнув молотком, Куд ринулся на Кэнди.
— Беги! — закричал Шалопуто.
Но бежать было некуда. Слева и справа стояло по зетеку, а позади — стена. На лице Куда возникла зубастая улыбка.
— Последнее слово? — сказал он, поднимая молоток. — Ну, давай, — проворчал он. — Должно же в твоей голове быть хоть что-то?
Как ни странно, в голове Кэнди действительно кое-что было — слово, которое она никогда прежде не слышала.
Куд заметил в ее глазах замешательство.
—
Кэнди поднесла руку к горлу. Там было слово. Она чувствовала его, будто что-то ела, но не смогла до конца проглотить. Оно хотело, чтобы его сказали. В этом она была уверена. Слово хотело, чтобы его произнесли.
Разве она могла сопротивляться такому желанию? Кэнди перестала сдерживать звук и сказала:
—
Краем глаза она увидела, что Шалопуто резко сел на куче рыбы.
— Ну и ну, — сказал он потрясенно. — Откуда ты его знаешь?
— Я не знаю, — сказала Кэнди.
Но его знал воздух. Знали стены. Не успели с губ Кэнди сорваться звуки, как все вокруг начало вибрировать. С каждой вибрацией воздух и стены повторяли слово своим необычным образом.
— Что ты сделала, девчонка! — проговорил Куд.
Кэнди не знала. В отличие от Шалопуто.
— Она произнесла Слово Силы, — сказал он.
— Правда? — удивилась Кэнди. — То есть да, правда. Так и есть.
— Магия? — спросил Куд. Он попятился; молоток выскользнул из рук. — Я с самого начала знал, что с тобой что-то не так. Ты ведьма! Вот ты кто. Ведьма!
Паника зетека росла, как и отражения звуков от стен трюма. С каждым повторением вибрации только усиливались.
— Думаю, отсюда надо вылезать! — крикнул Шалопуто Кэнди.
— Что?
— Я сказал — уходи!
Говоря это, он пробирался к ней по рыбе, вибрировавшей в ритме слов. Зетеки не обращали внимания ни на него, ни на Кэнди. Они явно страдали от действия слова и приложили руки к ушам, словно боясь, что оно оглушит их — как это, возможно, и было.
